И они принимают решение отправиться в Рино этим же днём, через несколько часов. Мари предпочитает поспать ещё часок-другой, чтобы хоть чуть-чуть набраться сил.

Хотя, кому она врёт? Сейчас она чувствует себя прекрасно, и это, скорее всего, банальная лень.

Но поспать всё же надо.

========== Глава 15 ==========

Страх пугает. Страх вновь подгоняет девушку, заставляя, пригнувшись, сорваться с места.

Темнота везде. Она кажется ярым преследователем, что не хочет оставлять жертву. Идёт до последнего, дыша в спину и изредка подталкивая.

Мари бежит, нервно озираясь. Вся живая уверенность куда-то исчезает, будто бы оставляя девушку насовсем.

Здесь она — другой человек. Здесь Мари — испуганный кролик, боящийся сущности, что следует за ним по пятам, словно хитрый лис.

Она перескакивает невидимые преграды, врезаясь в какую-то холодную каменную стену и резко сползая на пол.

Она слаба, она устала.

— Ты не уйдёшь от меня, — звучит хищный голос прямо перед ней, а кто-то скалит в усмешке белые зубы. — Врать себе — грех, Мари, ты знала это?

— Отстань. Уйди, — шепчет нервно Мари, боясь.

Ей страшно. Она хочет знать, что происходит, хочет узнать, почему.

Но причины нет, а последствия есть.

— Ты знаешь, — хриплый смех, что теперь кажется всё ближе и ближе. — Ты знаешь ответ. Ты знаешь, почему. Но ты не хочешь это принимать.

— Ничего нет, ничего. Ты врёшь, ты врёшь, — качает головой девушка, пальцами зарываясь в волосы.

Не хочет знать, не хочет принимать. Она не знает, кто это. Она не хочет знать.

Не она, не она, не она…

— Перестань, Мари. Перестань врать себе и прими правду. Ты — это…

— Заткнись! — кричит Мари, срывая голос, но всё ещё держа глаза закрытыми. — ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ!

Голос слабеет, тело тоже.

А мысли замедляются, прямо как тогда.

— Ты это я, — усмешка во тьме, заставляющая испуганно провалиться.

Мари падает. Стремительно и слишком быстро, и это заставляет ещё больше задрожать от страха.

Она слышит множество голосов, резко вскакивая. Падает на что-то твёрдое, внезапно замечая силуэт чёрной лисицы перед собой, что уже показывает белоснежные клыки.

— Нет, нет, нет, — Мари пятится, отползая назад. А животное бросается на неё, заставляя упасть и оглушительно закричать…

Она рывком садится на кровати, крича. Тяжело дышит, потерянно озираясь. Здесь темно, на улице ночь. Рядом с ней мирно посапывает Питер, но что-то определённо не так.

— Я…я… — она замечает тёмный силуэт женщины в метре от кровати.

Черноволосая усмехается, щуря глаза. Сжимает пунцовые губы, глядя прямо на Мари.

— Контроль — лишь иллюзия, Мари. Запомни это, — женщина делает несколько шагов в сторону девушки, щёлкнув пальцами.

И тогда на Мари бросается гончая, рыча.

А дочь Аида кричит, как никогда.

И вновь вскакивает на кровати, не чувствуя ничего, кроме холода.

***

Мари широко улыбается, хоть и чувствует себя вовсе не удобно. Она лишь хмыкает, замечая усмешку подруги.

Им легко.

Дождь начинается с поодиноких капель, что падают на макушку, теряясь где-то в волосах.

Он медленно переходит в ливень, набирая обороты. Но почему-то вопреки всем правилам Мари радуется, чувствуя свободу.

Дождь приносит это ощущение. Он даёт наконец чувство независимости, явно помогающее освободиться от лишних проблем.

Прохладных капель вскоре становиться всё больше и больше, Мари тем временем лишь закидывает голову назад, глядя в сумеречное небо. То медленно темнеет, но это так незаметно, что лишь оставляет после себя таинственную атмосферу времени.

Она крутится вокруг себя, чувствуя, как намокают футболка, джинсы и кеды. Как волосы медленно падают на плечи. Они кажутся темнее, чем обычно, и это всегда удивляет.

Питер щурит глаза, тут же протирая очки краем футболки. Лили рядом с ним довольно морщит курносый нос, зажмурив веки.

Нико с Перси и Лео наблюдают за подростками, усмехаясь. Сын Аида втягивает в лёгкие дым, затем выдыхая его. Перси хмурится, молча упрекая сына Аида. А вот Лео наконец молвит с легкомысленной улыбкой:

— Они, кажется, наконец-то помирились, — в этот момент Тэд с широкой усмешкой прыгает в лужу, а вода летит во все стороны. Тут же звучат визги со стороны девушек, а Питер и Дин по-детски толкают друг друга, заливисто смеясь.