Астарта захохотала, хлопнув в ладоши.

– Великая Мать, позвольте мне проткнуть кинжалом эту тварь, когда придет время!
– взвыла Наама.

– Посмотрим... А пока отойди, дорогуша, я еще не поговорила со своей дочерью. Так на чем я остановилась? Ах да... Чтобы дитя уж наверняка появилось на свет, ведь демоны стерильны, даже верховные, требовалось найти сильную ведьму, что было довольно непросто, но и с этим я справилась. Ее бабка, - длинный черный ноготь указал на Регину, - помогла мне с заклинанием. Остальное было делом техники. Найти светлого болвана, который бы поверил в перевоспитание демоницы. Это было даже забавно, я иногда вспоминаю то время. Я познакомилась с ним... кстати, как же его звали?
– Демоница постучала ногтем по точеному подбородку (и почему мне такой в наследство не достался?) - Как его звали?

– А мне-то откуда знать?

Я пожала плечами, но Астарта лишь досадливо отмахнулась. Она обращалась не ко мне, а к ярко-зеленому демону, что стоял позади ее кресла. Тот что-то шепнул ей на ухо.

– Климент! Да, твоего папашу звали Климентом, жуткая безвкусица! Так вот, мы познакомились, когда этот светленький мальчик, а ему было столько же лет, как тебе сейчас, спас меня от ужасного демона, - Астарта расхохоталась, вспоминая.
– Мы с Хабарилом тогда здорово повеселились, разыграв ту сценку. Он гнался за мной, изрыгая пламя сразу из трех своих голов, он был великолепен! И я, в белом платье, с волосами, заплетенными в скромную косу, воплощенная чистота, пытающаяся избежать ужасной участи. Климент сразу поверил в мой спектакль, я наплела ему разной чепухи о том, что хочу стать светлой и чистой, словно крылья верховного. И он поверил. Соблазнить его оказалось сложнее, но еще никому не удавалось устоять против меня, - тут она бросила мимолетный взгляд в сторону Бастиана, равнодушно стоявшего рядом.
– Мне пришлось девять месяцев провести с этим болваном и слушать его нытье о нашей счастливой жизни. Он собирался пойти к Варлааму и властям Седьмого Неба с повинной и вымолить для нас прощение. Прощение, для меня, представляешь?

Она засмеялась красивым чистым смехом, так не вязавшимся с ее темной сущностью.

– Почему ты не сбежала обратно? В свое логово?

Я все никак не могла переварить услышанное. Отлично, просто отлично. Ну у меня и семейка. Мать соблазнила отца, чтобы забеременеть и потом убить своего ребенка, чтобы на земле воцарился хаос. Миленько. Что ж, зато я наконец-то получила ответы на свои бесчисленные вопросы: вот почему мои крылья имеют столь необычный окрас, яд демона растворяется в моей крови, а темные могут меня касаться. В какой-то степени Бастиан был прав: я и правда химера. Соединение двух начал - ангельского и демонического.

– Жар, глупышка, - Астарта изящным жестом повела рукой вокруг, - я не была уверена, что здесь смогу выносить тебя. Ты же наполовину светлая. Рисковать я не имела права. Когда пришло время рожать, я вызвала Уфира. Я и не думала, что роды будут такими мучительными. Но теперь, глядя на твой зад, я понимаю, почему мне было так больно.
– При этих словах Астарта и окружающие ее демоны снова расхохотались, а я посмотрела на Бастиана. Он стоял с безучастным видом, глядя куда-то позади меня. Предатель. Хоть и чертовски привлекательный. Даже сейчас, зная про него всю правду, мне хотелось броситься к нему на шею и зацеловать. Или придушить. Я еще не решила.

– И отчего же твой гениальный план провалился?
– равнодушно спросила я.

– Он не провалился, а отложился на двадцать пять лет. Ты такая же глупая, как твой папаша. Как я сказала, мне было чертовски больно, и в агонии боли я крикнула Уфиру: «Достань это из меня!». Климент что-то заподозрил и, вырубив Уфира, забрал тебя и скрылся. Я призвала демонов и велела им гнаться за наглым вором. Его голову мне принесли лишь на третьи сутки, но ребенок пропал. Я даже не знала пол младенца!

– Премию «Мать года» получает...
– пробормотала я.

– Какая ирония! Все это время ты провела на Небесах! Варлаам хорошо позаботился о моей плоти и крови. Но ты не была бы моей дочерью, если бы в конце концов не оказалась здесь, - Астарта широко улыбнулась.
– Тьма манит тебя, верно? За это мне стоит быть признательной моему милому Бастиану, которому я подарила черные крылья. Он ведь чертовски сексуален, правда? Сложно остаться равнодушной?

– Ты не имела права!
– выкрикнула я.
– Это незаконно!

– Ты учишь меня, как поступать правильно?
– Астарта чуть приподняла рыжую бровь.

– Нельзя играть душами смертных! Седьмое Небо узнает об этом!

– Она меня учит?
– оглядываясь, удивленно спросила Астарта у Хабарила.

Тот важно кивнул. Демоница лениво щелкнула пальцами, и словно все Семь Небес упали в этот момент на мои плечи. Огромная тяжесть придавила меня к земле, и я поняла, что стою в малопривлекательной раболепной позе на коленях перед троном Астарты, а позади ухмыляются жуткие рожи ее приближенных. Особенно сияла физиономия Наамы, но в этом как раз и не было ничего удивительного.

Регина вовремя упорхнула с моего плеча и сейчас прижималась к бедру.

– Эм, ты чего? Вставай!

– Не могу, - прохрипела я, хотя пыталась подняться изо всех сил.

Внезапно Регина рванула к Астарте и молниеносно клюнула ее в щеку.

– Эй, ты! А ну отстань от Эм!

В долине поднялся невообразимый крик, гвалт и рев разъяренных демонов. По щеке Астарты потекла тонкая струйка черной крови. Демоница лениво пошевелила пальцами, и Регина, хрипя, упала около ее ног.

– Регина, - прошептала я, умоляюще глядя на Бастиана. Но он даже не ответил на мой взгляд, однако шагнул к Астарте.