Через несколько мгновений Бастиан сделал шаг назад (я в это время старалась не пялиться на огромную штуку, что находилась у него ниже живота), протянул мне руку, которую я с готовностью приняла, и лег на песок, увлекая меня за собой. Я подумала, что после таких упражнений песок будет у меня не только в волосах, но и в других интересных местах, но молча растянулась с ним рядом. Песок был чуть теплым и мягким. Бастиан склонился надо мной и его губы, подарив моей шее несколько быстрых поцелуев, спустились к груди, где мои соски жаждали его внимания.

Когда зубами Бастиан прикусил сосок, другой рукой сжав вторую грудь, я выгнулась под ним, задыхаясь и хватая ртом воздух. Ощущение было таким острым и непохожим ни на что, испытанное мною ранее. Даже от полета у меня никогда так не захватывало дух. Казалось, что вся я превратилась в один оголенный нерв из желания, центр которого находился внизу живота. Обласкав одну грудь, Бастиан переключился и на вторую, сначала также куснув ее, а затем втянув сосок в рот. Когда его голова двинулась ниже, я замерла, не в силах поверить, что смогу выдержать еще и эту пытку. Бастиан резко раздвинул мои внезапно ослабевшие бедра, и его губы прильнули к жаждущей его прикосновений плоти.

Когда язык Бастиана коснулся горошины, которую он отыскал, раздвинув створки плоти, и принялся покусывать, лизать и тереть ее, я уже не могла сдержать громких стонов. Огненные стрелы побежали по моему телу, пронизывая каждую клеточку удовольствием. Я неосознанно скребла пальцами по песку, загребая его пригоршнями.

Напряжение нарастало, и когда мне показалось, что еще секунда, и я просто растворюсь в чистейшем экстазе, Бастиан прекратил свою сладкую пытку. Лицо его оказалось над моим, и я увидела полную самодовольства улыбку и глаза, в которых сверкала та же страсть, что сжигала меня. Спутанные мокрые волосы падали ему на грудь и лицо. А я еле сдерживалась, чтобы не завизжать от разочарования. Я приподняла бедра, предлагая ему немедленно закончить то, что он начал, и обвила ногами его талию. Он криво усмехнулся и, подхватив мои ягодицы руками, придвинул еще ближе. Я почувствовала, как его плоть входит в меня и задрожала, хотя тело мое покрывали крупные капли пота.

Я знала, что в первый раз будет больно, и инстинктивно приготовилась сопротивляться, но из медвежьих объятий Бастиана было не так-то просто вырваться. Когда его член наконец прорвал преграду, и я дернулась, стараясь скинуть с себя наглого захватчика, он всем телом вдавил меня в песок, накрыв мои губы своими, и продолжил осторожно двигаться, постепенно наращивая темп. Через несколько мгновений боль ушла, а ее место заняло невероятное ощущение восторга и какой-то буйной первобытной радости. Подхватив ритм, я начала двигаться вместе с ним.

С каждым толчком плоть Бастиана касалась какой-то точки внутри меня, от чего по телу разбегались волны удовольствия, укутывая меня чистейшим восторгом. По нашим телам стекали капли пота, а запах Бастиана, запах дыма и сентябрьских костров, сводил меня с ума, заставляя ногтями вцепляться в его плечи, по которым перекатывались тугие мышцы. Когда я подумала, что столько наслаждения вынести просто не смогу и сейчас сама рассыплюсь, подобно пеплу, после очередного толчка внутри словно что-то взорвалось, как те фейерверки, которые смертные запускают в небо по праздникам. Наш общий крик огласил пещеру, и мы, почти ослепленные удовлетворенным желанием, которое оба сдерживали с первой встречи, растянулись на песке, тяжело дыша.

[1] С лат. Демону свойственно ошибаться. Переделанное латинское выражение Errare humanum est (человеку свойственно ошибаться).

Глава 18

Глава 18

– Если уж ты на самом деле задумала спасать мальчишку, возьми это, - Бастиан извлек из шкафа простую деревянную шкатулку, откинул крышку и достал оттуда искусно выполненный золотой браслет. Он состоял из нескольких звеньев. На каждом была выгравирована маленькая змейка, свернувшаяся в виде латинской буквы «b». Мы только что вернулись из пещеры, и поцелуи Бастиана еще горели на моем теле, напоминая о проведенном времени.

– Что это?
– Я пальцем потрогала гравировку.

– Мой знак. Знак Долины Пепла.

– Давно это змея стала твоим символом?
– подняв глаза на Бастиана, поинтересовалась я.

– С тех самых пор, как Долина принадлежит мне. Дай руку.

– И как мне это поможет?
– Я протянула руку, а Бастиан защелкнул замочек.

– Сам по себе браслет не обладает никакой магией. Но если тебя кто-то остановит, а это непременно произойдет, потому что в тебе еще много света, просто покажи его. И еще: Кристофер пойдет с тобой.

– Нет!
– отрезала я. Мне совсем не хотелось, чтобы Кристофер следил за моими методами поиска информации. Помочь он вряд ли поможет, а вот рассказать Бастиану может.

– Лия, это не обсуждается!
– в своей властной манере сказал Бастиан.
– Кристофер будет с тобой и точка.

В дверь постучали и, когда Бастиан разрешил войти, появившийся темный, что вчера танцевал, хотя танцем это можно было назвать с большой натяжкой, с двумя демоницами, объявил:

– Виконт, есть новые сведения по вашему запросу.