Нории склонил голову набок, что-то обдумывая и улыбаясь, - старшая Рудлог не спорила, просто терпеливо стояла перед ним и ждала. И он кивнул.

Через десяток секунд они уже неслись под ливнем навстречу огромной волне, а Хань Ши, подождав, пока Василина коснется его плеча, поднял руки - и побежала от него сияющая желто-фиолетовая дорожка, накрывая Иппоталию цветным куполом. Царица вздрогнула, замерла и открыла огромные черные провалы глаз. Далеко за ее спиной на фоне стены воды завис белый дракон, кажущийся ужасно маленьким; он расправил крылья, паря почти вертикально, и Василина похолодела от ужаса, гадая, как же держится там Ани. Но крылья царицы не били более, и сама она становилась меньше, более похожей на человека - и волна цунами замедлилась, едва двигаясь вперед и окружая Владыку дугой.

Василина, ощущая, как охлаждается вокруг нее воздух, а дыхание, наоборот, горячеет, и от руки ее жар струится к Хань Ши, оглянулась: Мариан, любимый Мариан стоял в нескольких шагах позади рядом с Зигфридом, и лицо его было напряженным.

Впереди раздались шлепки - король Демьян сорвался с места и побежал к уплотняющейся, уменьшающейся Талии, по мокрому вязкому песку, перепрыгивая через ямы с водой. Сверху слышались голоса из громкоговорителей - полиция призывала граждан поскорее уходить в глубь острова, забираться на крыши высоких домов.

Тонкая рука императора под ладонью Василины мелко затряслась - и она шагнула ближе, почти прижавшись к старику. Дрожь прекратилась.

– Очень сильна, - прошептал Хань Ши почти с восхищением.
– И ведь ментальные способности слабые, а никак не пробиться мне к ней, давлением приходится… защищена ненавистью, вооружена злостью…

Демьян, чья фигура теперь казалась почти звериной, с невероятной скоростью несся вперед. Царица медленно опустила голову, посмотрела на него - рот ее искривился, и темные глаза полыхнули гневом.

– Оставьте меня, - прошелестела она на все побережье, - я имею право на воздаяние!

Демьян что-то прокричал, почти добравшись до нее, - и Талия яростно отмахнулась уже человеческой рукой. Король-медведь, снесенный мощным ударом, отлетел назад. Пошатнулся, едва удержавшись на ногах и выставив руки вперед, Хань Ши, а Василина вскрикнула: по телу словно ударили гигантским кулаком, и она упала, закашлявшись, - из носа текла кровь, в голове звенело.

– Василина!

Крик Мариана. Она не смогла обернуться - упрямо подползла к императору, коснулась его ноги - и тут же ее вздернули наверх, ощупали. На руках мужа была кровь, он тяжело дышал - видимо, тоже досталось, и так и остался стоять, поддерживая ее.

Далеко впереди Демьян Бермонт поднялся из грязи, раздраженно зарычал и снова бросился вперед. Василина положила руки на плечи императору, и тот, тяжело выдохнув, зашептал что-то на своем певучем языке. Молитву? Заклинание? Сияние, исходящее из его рук, стало сильнее, плотнее, жестче, снова окутав царицу - а Иппоталия, окончательно вернувшаяся в свой облик, схватилась за голову, вся сжавшись, забившись в воздухе, и болезненно, пронзительно закричала.

Ани, сидя верхом на Нории и уцепившись за шип гребня, сначала услышала женский крик, а потом уже увидела, как почти остановившаяся волна вдруг поднялась ещё выше, нависая над ними. Дракон тяжело, со свистом заклекотал, отлетел назад - иначе еще чуть, и медленно двигающаяся стена воды поглотила бы их. Закружилась голова - от ощущения, что море встало на дыбы, от ощущения мощной и неуправляемой стихии. Волна вдруг резво понеслась вперед - и Нории сделал вираж, поднявшись в небо; Ани увидела, что за первой волной двигаются ещё несколько и похолодела, осознав, какую мощь сейчас сдерживает ее муж. А дракон снова метнулся вниз и снова завис перед волной. Его огромное тело вздрагивало, он жалобно, низко застонал. Ангелина оглянулась - Талия находилась теперь совсем недалеко, метрах в пятидесяти, и принцесса видела и несущегося к ней Демьяна, и маленькие фигурки людей на берегу. Если Нории еще раз сорвется, волна дойдет до побережья!

– Держись!
– жестко приказала Ангелина, обхватывая его руками, прикасаясь к горячей белой коже губами.
– Держись! Не смей отступать!

Дракон дрожал, вдыхая и выдыхая, будто кузнечный мех работал. Аура его, огромная, прохладная, растекалась вдоль волны, сковывая ее - и Ани питала его своим огнем, отдавая все, что могла.

Королева Василина тоже со страхом смотрела на гигантскую волну, остановившуюся в полукилометре от них. В глазах от напряжения двоилось. Плечи императора под руками каменели.

Демьян, добежавший до Талии, прыгнул вверх, к ней, протянув руку - коснуться хотя бы мельком, купировать срыв, забрав часть стихийной силы к себе - но царица снова дернула рукой, и снова он отлетел, - и на этот раз вместе с Василиной рухнул и Хань Ши, с изумлением покачал головой, опираясь на тонкие руки.

Королева вытерла текущую из носа кровь, всхлипнула. Оглянулась на мужа - тот поднялся, подал ей руку, - на группку придворных магов и серениток - те жались к скале, окруженные массой щитов.

– Мы же так ее не остановим, да?
– спросила она отчаянно.

– Должны, - проговорил император. В его глазах появились золотые точки, движения стали плавными, тихими. Бермонт, обернувшийся в медведя, упрямо, на четырех лапах, крошечный на фоне воды, обходил царицу по кругу; дракон словно застыл в стекле, судорожно махая крыльями.

– Должны, - повторил Хань Ши.
– Но у нее нет якоря, нет того, за что я могу зацепиться, чтобы вернуть ее. Она не может мыслить сейчас: стихия разрывает ее изнутри.