– А сколько ему лежать?

– Сроки расплывчаты, поэтому каждый решает сам. Я видел старинные документы, они восхитительны.

– И всё же, как удостовериться, что документ, так сказать, готов?

Адам отпил из кружки.

– Многие определяют по запаху. Хорошо вылежавшаяся бумага пахнет иначе, чем свежая. Вы удивлены? Но это лучше, чем пробовать её на зуб! Хотя некоторые так и поступают. Повреждения документов списывают на мышей, но могу уверенно заявить - мышей в Министерстве нет! Даже если речь заходит о каких-то странных звуках из-за стены или откуда-то ещё, то там не мыши, а люди. Бояться нечего!

Ян задумался.

– Скажите, а почему иногда появляются бумаги с бессмысленным набором слов? Признаюсь, я так и не понял, куда их девать. Пишу, мол, скажите яснее, чего вы хотите, но ответ никогда не приходит.

Адам сделал нарочито таинственное лицо, затем рассмеялся.

– Вы опять усложняете. Бессмысленные документы - это нормально. Как не существует правил без исключения, теорий без необъяснимых ими событий, так и в Министерстве должны присутствовать какие-то нелепые вещи, которые играют важную, пусть и абсурдную, роль. Но возможно они и не бессмысленны, мы просто не догадываемся об их подлинном содержании. Лично мне нравится так думать. Как правило, они возникают, когда сотрудники по забывчивости оставляют на ночь в печатных машинках листы бумаги, а потом также рассеянно отправляют текст адресату. Если люди могут переписываться друг с другом, почему этого не делать печатным машинкам? Слова въедаются в механизм, эти маленькие чёрные существа вездесущи, хотя ночная жизнь технических устройств почти не исследована.

– И как отвечать на такие письма?

– Точно также! Кладёте его на ночь возле машинки, оставляете в ней лист бумаги, и то, что к утру появится, и посылаете. Иногда, конечно, документы с таким содержанием печатают и сотрудники, поскольку число запросов в неделю строго установлено, а их смысл не слишком важен и так значительно экономится время. Здесь, кроме возникающей с годами интуиции, едва ли что-то поможет отличить одно от другого. Да и от неё, честно говоря, пользы не будет. Опытный работник справляется с документами не хуже самого несложного механизма. Я в любом случае доверяюсь печатной машинке, и метод меня пока не подводил. Некоторые вообще подобным образом отвечают на любые документы, и ничего, успешно работают. Кстати, многие письма, в которых вы не сомневаетесь и даёте на них ответы обычным порядком, тоже созданы именно так! Их осмысленность - иллюзия, сон, но вы непременно желаете её увидеть, и это закрывает вам глаза. Хотя, конечно, вы поступаете правильно.

– Как хорошо, что я вас встретил, - сказал Ян.
– Всё не так сложно. Наверное, я напрасно волновался. Столько бумаг, что немудрено и запутаться.

– Да, проблема. Их изначально огромное число, но, как известно, они ещё и имеют привычку самостоятельно размножаться.

– Что делать?
– спросил Ян.

– Ну, если вы возьмёте пачку документов, положите её в какое-нибудь тёмное место, например, в шкаф, и оставите в покое, то скоро обнаружите, что их стало больше! Насколько - сказать трудно, бумаги размножаются по-разному. Быстрее всего появляются запросы. Справки помедленнее, не говоря уже об отчётах. Почему так, науке неизвестно. Серьёзную роль играют условия - температура, сырость и прочие. Этому природному явлению необходимо противостоять, иначе хранить документы будет негде. Для препятствия размножению существует много способов - проверка влажности, специальные зажимы и другие. Кое-какие распространённые методы суеверны и антинаучны, даже стыдно за тех, кто к ним прибегает. Кстати, часто происходит и бесконтрольное увеличение штата сотрудников, приносящее такие же проблемы, и с ним борются точно так же.

– Весьма любопытно... А ещё, пожалуйста, объясните, как назначают на должности. Теперь мне понятна грусть Бориса.

– Да, тяжело долгое время жить как он, в пограничном состоянии. Это любого выведет из себя. Но люди его очень уважают, ведь он случайно оказался на руководящем посту.

– Как можно случайно стать начальником? И даже если так произошло, то за что уважать человека?

– Да, вы действительно не догадываетесь! Хотя опять-таки всё элементарно. Приходит штатное расписание, в котором появилась вакансия, например, того же заместителя начальника отдела. Её нужно заполнить кем-то из рядовых сотрудников. Кого, считаете, надо поставить на место?

– Наверное, самого умного, компетентного.

Адам расхохотался так, что люди в зале оглянулись.

– Какой начальник захочет умного заместителя? Чтобы он его подсидел?! Ваша наивность удивительна. На вышестоящие должности подбирают осторожно, поскольку чем бестолковее ваш заместитель, тем сложнее ему сделать вам что-то плохое. Таким образом, именно глупость повышает по службе. Если вам повезло, и природа вас щедро одарила, то в будущем ожидает головокружительная карьера! Вы будете нужны повсюду, в отличие от своих умных коллег! Здесь нечто вроде естественного отбора, внутривидовой борьбы, и ясно, кто побеждает. Эти и другие похожие феномены подробно описываются научной теорией под названием клерко-дарвинизм. Но иногда возникают сбои, и прилетает (обычно тёмной грозовой ночью) откуда-то сверху бумага о том, что надо назначить такого-то, невзирая на недостаточный интеллект. Почему его - никто не понимает, даже он сам. Неизвестные взаимосвязи как всегда будем называть случайностями.

– Однако, - он взглянул на сидящих в зале и заговорил вполголоса, - люди не против таких назначений. Чем тупее начальник, тем больше он хочет показать власть, высоту положения, а самый простым и надёжным способом это сделать является издевательство над подчинёнными. Безусловно, потом сотрудники привыкают и любят его и за это, гордятся своим руководителем, вот он, дескать, какой, суровый, но справедливый, ну или просто суровый, но первое время недовольны, хотя вслух почти не говорят, шепчутся в сторонке. Да, забыл упомянуть, что если должность политическая, то на неё легко попасть по квоте для фриков, они сейчас крайне востребованы, при обладании, конечно, достаточными умственными способностями. Очень хорошие для них предложения, надо быть дураком, чтобы не согласиться.

– Но есть же какие-то ограничения? Минимальный уровень интеллекта, черта, которую не пересекают?

– Какие ограничения? Вспомните свой личный опыт, и сами поймёте, что никаких ограничений нет. Чем глупее, тем лучше. Статистика - упрямая вещь. Некоторые, кстати, очень хотят карьерного роста и специально притворяются, скажем так, не слишком умными. Но даже глупость - не гарантия повышения, а кое-кто рискует и заходит так далеко, что не может вернуться! Вжился в роль настолько, что...
– Адам грустно покачал головой, - их переводят на работу в специальные кабинеты с обитыми войлоком стенами, где они себе не навредят.