– Тонечка, доченька, маме на работу надо, - говорила Наташа, - Мама заработает денег, купит тебе новое платье.

– Не хочу платье, не уходи, - просила Тоня, - Я без тебя скучала.

– И я скучала, но вечером я вернусь и мы с тобой во что-нибудь поиграем, - отвечала девушка и, стараясь уйти как можно быстрее, чтобы дочь не начинала плакать, быстро собиралась и шла на работу.

Наташа часто вспоминала свою первую встречу с дочерью после девятимесячной разлуки и то, как обрадовалась ей Тоня.

«Обнимала, радовалась, что я приехала, спрашивала, когда приедет папа», - вспоминала Наташа, - «А я ей отвечала, что у папы в далекой больнице еще остались дела и он приедет только осенью. Забыла бы Тоня эту командировку, а то еще будет потом вспоминать, расспрашивать… Не хотелось бы обманывать уже подросшую дочь».

Так же Наташа нередко вспоминала свою встречу с родителями.

«Мама, с одной стороны, была очень рада меня видеть», - думала девушка, - «А, с другой стороны, практически сразу начала ворчать. Что я допрыгалась, что меня все-таки посадили, что надо было еще в столице выводы делать. А что я могла ей сказать, если действительно надо было в столице выводы делать? Нет, влезла туда, куда влазить не следовало. Сама во всем виновата, жаль, что Егорка мою точку зрения не разделяет и планирует и дальше заниматься агитацией».

В один из дней Наташа шла на работу и вдруг увидела следователя, который организовал ей условия и доказательную базу для столь мягкого приговора суда.

– Наталья Максимовна, - сказал он, подойдя к девушке - Я вижу, вы уже освободились.

– Да, освободилась, - ответила Наташа.

– А не хотите ли отблагодарить меня за то, что я вам помог всего год в централе отбыть, а не лет двенадцать минимум на каторге? – спросил он.

– Нет, Виталий Родионович, я с вами уже за все рассчиталась, - ответила Наташа.

– А не хотите ли теперь сделать так, чтобы я не сказал ни слова вашему мужу о том, почему вас осудили к заключению в централе, а не к каторге? – спросил следователь.

– Нет, не хочу, - ответила Наташа, - И вообще, я могу опоздать на работу, поэтому разговаривать с вами не желаю.

Погрузившись в рабочий ритм, Наташа забыла об утреннем разговоре, однако, вернувшись домой, девушка услышала неожиданную фразу от супруга:

– Наташа, давай поговорим.

«Рассказал, значит, все мужу», - подумала Наташа, - «Может быть, даже и приукрасил. Ничего, Егор даже если и обидится, то долго обиду держать не будет, простит меня».

Присев на кухне, Наташа сказала супругу:

– Хорошо, давай поговорим. А о чем?

– О Виталии, он ко мне в аптеку приходил, - сказал Егор, - Рассказал все то же самое, что ты рассказывала, требовал денег за свое молчание. Я его так хотел послать русским матерным, да не мог, на работе, все-таки. Поэтому сказал, чтобы он больше не приходил, иначе пожалеет. Так что, Наташа, если он к тебе вдруг придет, так же смело посылай его подальше.

– Мы с ним уже виделись сегодня утром, - ответила Наташа, - Предлагал отблагодарить его за то, чтобы он к тебе не приходил. Я просто пошла дальше на работу, не стала обращать на него внимания.

– Вот и не обращай на него внимания дальше, - сказал Егор, - Пошел он далеко-далеко.

– Не отстанет же, - вздохнула девушка.

– И все равно, не обращай на него внимания, - ответил Егор, - Игнорируй.

На следующий день, в разгар рабочего дня, Наташа услышала, как ее зовет санитарка.

– Наташа, спустись вниз, тебя хотят видеть, - услышала девушка и решила, что ее снова зовут родственники больных, которые хотят услышать информацию о состоянии здоровья пациента.

Наташа спустилась вниз и увидела, что ее ждет Виталий.

– Наталья Максимовна, давайте отойдем в сторону, чтобы никто лишний не услышал наш разговор, - сказал Виталий.

– Виталий Родионович, мне с вами говорить не о чем, - ответила Наташа.

– Наталья Максимовна, если вы не хотите, чтобы вдруг неожиданно ваше дело возобновили и начали детально выяснять, было ли то самое третье лицо, которому вы сочувствовали, или это вас надо было отправить на каторгу на двенадцать лет, то я предлагаю вам договориться.

Видя, что Наташа молчит, следователь сказал:

– Буду ждать вас сегодня, после окончания смены, возле входа.

Девушка молча поднялась наверх и, не в силах сдерживаться, разревелась.

«Это что, теперь всю жизнь мне придется так унижаться?» - подумала Наташа, - «Что теперь делать? Если я проигнорирую Виталия, то и вправду еще сделает так, чтобы мы с Егором на каторгу поехали. Какая мне каторга, когда я и так сожалею обо всем?»

Решив, что сегодня она уступит Виталию, а потом будет его игнорировать, Наташа, когда окончилась ее смена, вышла из больницы и, увидев следователя во дворе, сказала: