«А теперь подумай, как ты защитишь Малфоя», - предложил голос, и Гермиона, не взглянув на ребят у стены, бросилась в Гриффиндорский сектор.

Малфоя не ревоплощало, это было ясно как Мерлинов день. Ревоплощение не могло так сильно затянуться. Малфоя просто ломало от боли, он катался по всей кровати, весь взмокший и бледный, поскуливая от ломоты.

Гермиона внезапно поняла: она знает, что искать. Она бросила короткий взгляд на окна, за которыми по-прежнему бесновались Черные, пытаясь проломить барьеры, вот только теперь в Зале уже не витало настолько отчетливое предвестье неминуемой беды. Атмосфера в Зале стала более спокойной, и, вдохновленные этим, пальцы заплясали по страницам книги. Ответ уже сложился в голове, оставалось лишь найти сам текст заклятия.

Книга словно спешила помочь ей. Страницы еле слышно шуршали, переворачиваясь и послушно ложась друг на друга. Наконец, заветная глава нашлась и Гермиона подняла палочку. Дрожь в руке выдавала ее волнение, и если бы Малфой был в состоянии, он бы тут же принялся над ней насмехаться. Но он был настолько далек от всего происходящего, что Гермионе самой не терпелось поскорее вернуть его в сознание, вместе с его упреками и насмешками. И даже понимание того, что она привыкла к Малфою, уже не било по голове, не ошарашивало. Это понимание засело где-то на подкорке и стало принятием. Так было намного проще. Гермиона выдохнула и принялась вырисовывать над головой Малфоя узор чар. Она чувствовала, что снова впадает в то странное состояние, что испытывала, когда устанавливала новый купол чар над Большим Залом. Она снова была не в замке, вот только теперь перед ней парил Малфой, бледный и измученный, а к нему тянулась тысяча черных тонких нитей. Все они стягивались в тугой узел на его пострадавшей руке. Гермиона водила палочкой, выписывая все новые и новые фигуры, и вокруг Малфоя закручивалась небольшая сфера барьера. Черные нити рассекались и опадали одна за другой по мере того, как Гермиона накладывала чары.

«Оставь его, Гермиона», - прошелестел в голове знакомый голос, который следовало бы забыть, похоронить навсегда.

«Оставь его мне, уходи», - другой голос, чище и тоньше сплелся с первым.

«Иди ко мне, Гермиона, иди. Я жду тебя. Я не отдам тебя, не отпущу», - третий голос, от которого екнуло сердце и чуть не дрогнула рука, раздался совсем рядом.

«Ты ведь не сдашься, нет? Я не зря в тебя так верил?» - спросил в голове тот, другой, внезапно обретенный помощник. Словно соглашаясь с ним, Гермиона впечатала в сферу над Малфоем еще одну руну, которая обрезала сразу несколько нитей. Хотелось создать настолько мощный кокон, чтобы обрубить все нити, но Гермиона боялась, что на это не хватит сил.

«Достаточно, - прошелестел голос в голове. – Если ты потеряешь все силы, никому не станет лучше». Гермиона прочертила последнюю вязь и опустила палочку. Кровать с пологом возникла перед ней слишком неожиданно, и Гермиона осела на пол, положив на матрас руки, в которые уперлась лбом.

– Гермиона, с тобой все в порядке? – тихо спросил Джереми, который, похоже, все это время стоял рядом. – Может, чем-то помочь?

– Спасибо, я просто устала, - Гермиона покачала головой. – Успокой пока что остальных. Я поставила еще один барьер над Залом, это должно их сдержать.

– Гермиона, ты уверена, что это безопасно? Я имею в виду, для тебя? Я стою тут уже двадцать минут, но ты как будто была где-то не здесь. Впала в транс или что-то в этом роде. Мне, если честно, хотелось тебя растормошить.

– Хорошо, что ты этого не сделал. Это могло бы убить и меня, и Малфоя.

– Его-то не жалко, - начал Джереми, но осекся под взглядом Гермионы.

– Джереми, в этой ситуации нам нужно ценить каждого. Неважно, кто и что совершил в прошлом. Сейчас мы все наравне и должны держаться за других. Даже за Малфоя. Тем более, он прикрыл меня.

– Ты серьезно?

– А похоже, что я шучу? – Гермиона строго посмотрела на Джереми. – Малфой подставился под Черного, который шел за мной. Я не знаю, зачем он это сделал, я не знаю, какие цели он преследовал, но я не имею права бросить его в беде.

– Прости, я не знал, правда, - Джереми выглядел пристыженным.

– Успокой остальных, - уже мягче сказала Гермиона. – Скажи им, что у нас теперь два барьера, и что если будет нужно, я поставлю и третий, только дайте немного отдохнуть. Напомни, что нельзя думать об ушедших. Черные подошли близко, так что не надо давать им лишних следов.

Джереми кивнул и пошел к зоне отдыха. Гермиона вновь посмотрела на Малфоя. Он уже не бился и не метался по постели, его дыхание выровнялось, но было слишком слабым, едва слышным. Он по-прежнему был бледным, а под глазами залегли тени. Гермиона опустила взгляд на его покалеченную руку. Она уже определенно была светлее, но кожа все равно была серой, а это могло означать только одно: Малфой был по-прежнему помечен Черными, он все еще был в опасности. Совершенно некстати вспомнились его слова о том, что Черные найдут, как забрать свою жертву. Гермиона вновь задумалась. Теперь ее помыслы занимали те нити, что она видела во время ритуала.

«Наверняка, это и есть та связь с Черными, о которой говорил Малфой, - подумала Гермиона. – И в безопасности он окажется только, когда удастся оборвать все нити».

«Умница, - похвалил ее голос. – А ты не думала о том, что оставшиеся нити могут построить новые? Открой книгу и посмотри, там должен быть этот ответ».

Гермиона раскрыла книгу и попыталась вчитаться в ту главу, что касалась создания личной защиты, но была снова прервана Джереми.

– Гермиона, - тихо проговорил он. – Остальные понемногу успокаиваются, но твари так и не ушли.