– Виктор уже знает и верит Геле, - с трудом проговорила Вера.
– Его обожаемая женушка преподнесла информацию так, что племянник засомневался в моей преданности.

По лицу Дарьи пробежала тень.

– Неужели Виктор Вас уволил?..

– Нет, я ушла сама, - заявила Вера.
– Ни дня больше не хочу провести рядом с Гелей, этой двуликой притворщицей.

– Хотите, я пойду к Виктору и попробую заступиться за Вас?
– предложила Дарья.
– И если моих слов будет недостаточно - Машенька станет еще одной свидетельницей. Дети не умеют лгать, их слова дороже золота.

Машенька, до этого убиравшая со стола, оторвалась от своего занятия и согласно кивнула. А потом засунула в ротик большой пальчик и принялась увлеченно его грызть.

Впрочем, ее мать привычным жестом тут же остановила этот порыв.

– Ах вы, мои милые защитницы, - растрогалась Вера. Бросила чемоданы на пол и порывисто обняла няню и ее дочку.

Непривычное поведение взрослых расстроило маленькую Варю, и она разразилась жалобным плачем. Подбежав к Вере, малышка обняла ее колени, интуитивно понимая, что ей придется расстаться с любимой бабушкой.

Поведение Вареньки отрезвило Веру. Она подняла девочку на руки, расцеловала в румяные щечки, прижала к своей объемной груди.

Когда внучка успокоилась, бывшая экономка обратилась к Дарье:

– Даже если Виктор принесет мне тысячу извинений, я не останусь в этом доме. А вам с Машенькой стоит подумать о себе. Если хотите сохранить за собой место, не конфликтуйте с Гелей и выполняйте все ее требования. Терпите столько, сколько сможете.

– Куда же Вы теперь отправитесь?
– участливо поинтересовалась Дарья.

Губы Веры тронула слабая улыбка.

– Мне давно предлагают место в другом доме, так что я не пропаду. Возможно, платить будут меньше, но это не столь важно. Главное - у меня будет крыша над головой и порядочная хозяйка, а о чем еще мечтать экономке?

Сдерживая слезы, Дарья кивнула и пожала протянутую Верой руку.

– Удачи Вам на новом месте.

– Я буду скучать...
– внесла свою лепту Машенька.

– Мне тоже будет вас недоставать, мои любимые девочки, - выдохнула Вера.
– Ну, все, будет, иначе я и сама разревусь. Не дело являться в новый дом с заплаканным лицом.

Произнеся это, Вера по старой привычке властно окликнула одну из сновавших в коридоре горничных, вручила ей Вареньку и отдала последнее распоряжение в особняке Губановых:

– У малышки сегодня день рождения: отнеси ее в кабинет, к родителям. Совсем скоро съедутся гости.

Послав Дарье и Машеньке прощальный воздушный поцелуй, Вера с тяжелым сердцем покинула особняк, служивший ей домом многие годы. «Пока здесь хозяйничает гадюка, я сюда не вернусь», - думала она, закрывая за собой золоченые двери.

Несмотря на то, что Вера поделилась планами только с няней, о ее уходе прознали все слуги: у родового гнезда Губановых имелась сотня глаз и тысяча ушей. Шушукаясь и тягостно вздыхая, бывшие подчиненные экономки толпились на парадной лестнице. Не в одной голове в этот миг промелькнула мысль последовать за Верой.

Глава 12

Устроенный Ангелиной праздник имел грандиозный успех у приглашенных гостей. Малыши с упоением наблюдали за цирковыми номерами, наслаждались угощением, а их родители в это время восхищались находчивостью госпожи Губановой, щедро поливая хозяйку похвалами.

И только Варенька не разделяла всеобщего веселья. Она опасливо жалась к ногам отца и вздрагивала каждый раз, когда ведущий, разодетый в костюм клоуна, подходил к ней слишком близко. Как завороженная, смотрела девочка на его красный нос, туфли с острыми мысками и колпак с помпоном. Ее страшили яркие губы, растянутые в улыбке; бело-красный грим вызывал отвращение. Стоило аниматору сделать резкое движение, громко засмеяться, и девочка немедленно отворачивалась, крепко сжимала в кулачках подол нарядного платья.

Когда же клоун заплакал, извергая струи слез прямо на публику, Варенька не выдержала: испуганно вскрикнула и ринулась прочь из импровизированного шатра. Но побежала она не к матери и даже не в детскую. Ей хотелось немедленно очутиться в объятиях любимой няни, забыть о пугающих образах.

Виктор последовал за дочерью. Вместе с ней спустился в цоколь, остановился возле ничем не примечательной двери.

– Куда ты меня привела, малышка?
– спросил он у дочери.

Варенька не ответила. Вместо этого распахнула дверь, забежала в светлую комнату, вскарабкалась на кровать и юркнула под одеяло.