Но когда Артура не было рядом, он тосковал по нему. Не по сексу, не по боли, не по крови или развлечениям – по разговорам по душам, которые Энджел никогда раньше ни с кем не вёл.

Никому и никогда не было дела до души Энджела, а Артуру зачем-то понадобилось играть на невидимых струнах?

А потом, после того, как он шагнул вниз с небоскрёба, Энджел чувствовал себя так, словно тот его предал. Его распирала такая ярость, что временами он начинал пугаться своего сходства с Рэем.

Чуть позже пришло осознание, что злится он не на Артура, а на самого себя, потому что осознаёт свою ущербность. Свою половинчатость.

Впервые Энджела посетила мысль: в том, в чём он привык видеть силу, на самом деле его величайшая слабость. Он не способен ни любить, ни созидать, а только ломать, разрушать и опустошать. Так же, как их отец.

Наверное, он просто не может быть другим?

Ливиану Энджел, в итоге, конечно же, досадил. Но себе, как выяснилось, напакостил куда крупнее.

Итак, нравилось это Энджелу или нет, но вокруг его сердца сплелись тремя змеями трое: Рэй – чёрный, Ливиан – алый и Артур – серебристый змей.

Каждый по-своему отравлял ему жизнь; каждый по-своему заполнял его душу. А внутри цвела роза, – ледяная, жестокая, с острыми чёрными шипами, – единственная женщина, к которой Энджел никогда не испытывал вожделения, но ради которой готов был на всё, без всяких условий, – Сандра.

Артур как-то говорил, что с сестрой Энджел бессознательно ассоциирует ту часть своей души, что не готов был продавать в борделе, подкладывать в угоду интересов Кинга.

Что она словно крестраж – часть его души, заключённая во вне.

Может – Артур прав, может – нет. Суть не в этом.

Энджел просто принимал как данность факт, что Сандра должна быть рядом. И она обязательно должна быть счастлива, должна быть в безопасности. Чему бы ему это не стоило.

Он привык заботиться о ней с детских лет. А то, что сестра с каждым днём отдалялась всё сильнее, заставляло кровоточить то, что Энджел начисто у себя отрицал: душу и сердце.

Скрипнула дверь и Энджел невольно напрягся, порывисто повернувшись.

Фигура матери в белом платье выглядела призрачно и жутковато.

– Можно войти? – поинтересовалась Виола.

Судя по расфокусированному взгляду и нетвёрдой походке, она была под кайфом.

В последнее время она почти всегда под ним была. Энджел не мог вспомнить, когда видел мать трезвой в последний раз.

– Входи, – кивнул он.

Виола, хихикнув, по-змеиному юрко проскользнула в комнату.

Энджел заставил себя сидеть не шевелясь, когда она положила руки ему на плечи.

В отражении зеркала он мог видеть, как возбужденно блестели её глаза.

– Всё прихорашиваешься? Не каждая красавица проводит перед зеркалом столько времени, сколько ты, сын мой.

Она стала разминать ему спину, так умело расслабляя мышцы, что сразу захотелось закрыть глаза, что Энджел и сделал.

– Собираешься куда-то?

– Ньевес позвала к себе на вечеринку, – нехотя ответил он.

– Пойдёшь?

– Собирался.

– Ты мог бы и передумать…

Энджел распахнул глаза и посмотрел в лицо отражения матери. Оно словно плавало в серебристой поверхности зеркала, паря над ним, красивое и порочное, как у алчущего демона.

– Мы могли бы провести вечер вместе? – прошептала она – Не так часто предоставляется подобная возможность.

– И как бы ты хотела скоротать времечко, дорогая матушка? – с сарказмом вопросил он. – Надеешься получить от меня наркоту? Или секс?

Нисколько не смутившись, Виола обняла его за плечи со спины, прижимаясь всем льнущим телом:

– И то, и другое вместе – можно?

– Я на вечер строил другие планы. Хотел, для разнообразия, пообщаться с кем-то, кто не из нашей семьи.

– Ладно, поняла, – Виола убрала от него руки, тряхнув светлыми волосами. – Давай обойдёмся одними наркотиками, без секса. Это тоже не плохо.

– Сделай одолжение, отвали от меня с этим! – отшатнулся Энджел. – Отец считает, что тебе следует немного притормозить и почиститься, так что счастлив от не будет.

– А ты всегда делаешь так, как скажет папочка! – презрительно фыркнула она. – Хороший мальчик.

– Я не всегда делаю, как скажет папочка.

– Разве?

– Но в данном конкретном случае я с ним согласен. В последнее время у тебя действительно конкретно рвёт крышу. Сказать «завязывай» я не могу, но хотя бы притормози?