– Я согласна с Леоном - вам надо просто переждать. Мадам и мсье Леруа вас поддерживают, а Олив и Рафаэль наверняка просто растерялись от неожиданности. В любом случае, - продолжила она, взбивая подушку и делая торжественное лицо, - вскоре может просто приехать бабушка и уладить все недоразумения.

Роза взглянула на нее недоверчиво и в то же время восхищенно. Анна многозначительно кивнула вначале ей, а потом и Леону, который улыбался, глядя куда-то в окно.

– Ждите приезда бабушки, - повторила Анна.
– Она разберется. А теперь расскажите мне еще что-нибудь о Сулпуре.

После этого разговора не прошло и суток, как Анна почувствовала себя совершенно здоровой. Все трудности, связанные с местом жительства, были уже улажены. Еще накануне, сразу же после ухода Розы и Леона, ей нанесли визит мадам Ришар и Эллен Леруа, и напрямик предложили переехать в дом семейства Леруа. Эллен пояснила, что они будут только рады приютить родственницу Розы, и что это доставит всем большое удовольствие. Одним словом, сказала она, это уже почти решенный вопрос и пусть Анна не отказывается - что та и не подумала сделать.

Что до самих Розы и Леона, то когда Эллен посвятила их в свои планы относительно Анны, они только обрадовались. Нельзя было придумать ничего более естественного, а с учетом сложившейся в доме атмосферы - ничего более нужного. Что могло сгладить возникшую неловкость в доме лучше, чем появление нового лица? Даже учитывая, что возникнет необходимость знакомить Олив Филлипс с ее родной бабушкой - это было во всяком случае лучше, чем терпеть и дальше ее неудовольствие. А в то, что после появления Анны ситуация улучшится, и Роза, и Леон отчаянно верили.

После злополучного разговора с родителями не проходило и двух часов без того, чтобы Олив не пыталась начать собирать вещи, и только благодаря стараниям Эллен так ни разу и не довела дело до конца. Разговоры с дочерью не приносили ровно никаких результатов - Роза была настроена решительно, - а так как оставаться и дальше в одном доме с Леоном было далее невозможно, то следовало переехать, и при том как можно скорее. Так думала Олив, и Роза, наблюдая за ее состоянием, могла только изо всех сил желать Эллен Леруа удачи - у нее же самой переубедить маму не получалось. Пять раз в первый день и два во второй - именно столько раз несчастный Рафаэль перетаскивал их с Олив чемоданы из спальни в гостиную и обратно. Столько же раз Эллен прокрадывалась в их комнату, и оставалась там до тех пор, пока Рафаэль с чемоданами не входил вновь. Роза же, с тревогой наблюдая за всем происходящим стоя на верхних ступеньках лестницы, каждый раз не только восхищалась терпению хозяйки дома, но и недоумевала, какие же такие эффективные доводы неизменно спасали их от переезда. Спрашивать об этом у самой Эллен она не решалась - та и так пребывала в довольно взвинченном состоянии, - а так как доводы эти, что бы они из себя не представляли, каждый раз действовали на Олив, то и слишком сильно беспокоиться на сей счет Роза себе не позволяла.

Едва дождавшись утра дня, назначенного для переезда Анны, Роза встретилась с Леоном в гостиной, и вместе они спустились в Сулпур. До М-центра они дошли на удивление быстро, а оказавшись внутри сразу же устремились к лифту, обменявшись с дежурившей у стола ресепшена медсестрой лишь кивками.

Пережив накануне очередной неприятный разговор с Олив, Роза в итоге не выспалась, и воинственности в ней значительно поубавилось. Шагая вместе с Леоном по знакомому коридору больницы, она думала только о том, как же ей надоели все эти бессмысленные ссоры с родителями, и Анна представлялась ей чем-то вроде живого спасательного круга. Бледная и хмурая, она вздрогнула, когда дверь палаты номер двадцать пять распахнулась, и из нее показалось радостное лицо Анны.

– Вот и вы, - улыбнулась она, встретившись с Розой взглядом.
– Очень рада, я уже готова.

И Анна вышла из палаты, захлопнув за собой дверь.

– А вещи...
– вяло начала Роза, вопросительно глядя на нее.

Но Анна только пожала плечами.

– Я надеюсь, что ты одолжишь мне что-нибудь, - сказала она.
– Думаю, мое единственное платье долго не протянет.

– Ах да, прости, - Роза мысленно заставила себя встряхнуться.
– Я забыла совсем... Конечно, все что угодно.

– Меня уже выписали, - обратилась Анна к Леону, и тот кивнул.
– Так что я свободна, как птица.

Когда они дошли до лифта и металлическая дверца скользнула в сторону, Анна восторженно ахнула.

– Вот это да, - протянула она тихо, заходя внутрь и наблюдая, как дверца вновь закрывается за вошедшим последним Леоном.
– Я должна привыкнуть ко всему этому... Одно дело, когда тебе рассказывают о таких вот вещах... лифтах, и совсем другое, когда они вдруг и в самом деле появляются в твоей жизни.

В поисках поддержки Анна взглянула на Розу и та понимающе ей улыбнулась.

– Как ты себя чувствуешь?
– спросил Леон, участливо глядя на нее.

– Очень хорошо, - благодарно отозвалась Анна.
– Спала, должно быть, десять или одиннадцать часов, так что чувствую себя просто великолепно. Проспала бы и двенадцать, если бы не эта... Лорен, кажется, которая решила устроить мне напоследок что-то вроде полномасштабного обследования.

Лифт остановился и Анна вышла первой, с интересом все рассматривая и прощаясь со всеми прохожими - персоналом и даже посетителями. Леон и Роза шли следом, улыбаясь про себя.