– - Всё, больше она никого не подстрелит. Я с ней разделалась!

– - Неужели? А тело нашли?

– - Н-нет... Она с кораблём рухнула на скалы. Там всё вдребезги.

– - Знаешь, подруженька, когда дело касается подобной дряни, ни в чём нельзя быть уверенной. Я вот до сих пор не знаю, может, и Дарт Мол выжил тогда. Тела ведь не нашли.

– - Да ладно!
– - это устойчивое выражение слетело с её губ настолько естественно, будто она с рождения привыкла так говорить.
– - Магистр Кеноби его надвое разрубил.

– - Тем не менее. Что касается Синг, мы с тобой ещё с ней встретимся. И совсем скоро.

– - Твоё предзнание?

– - Да.

– - Я тоже так научусь. Обязательно.

– - Конечно, научишься. И тоже довольно скоро, -- улыбнулся я и не отказал себе в удовольствии погладить её по подросшим мягким рожкам.

Помощницы, накрыв нам на стол, быстренько ретировались - не хотели мешать. При них ведь нам либо приходилось из вежливости разговаривать на базик, либо они начисто выпадали из беседы.

– - Как ты быстро выучила тогрутский язык!
– - восхитилась однажды Сабе.
– - Э... что смешного?

– - Ты заблуждаешься, как в том анекдоте, -- сквозь смех объяснил я.

– - Что за анекдот?

– - В системе Кореллии, на станции Центропункт, была кантина, -- принялся я рассказывать, адаптируя на ходу историю под местные реалии.
– - Посетителей там встречал официант-забрак и общался с ними на великолепном оллес кореллише. Когда один из гостей, тоже, естественно, кореллианец, восхитился, как это хозяину удалось научить рогатого их языку, тот прижал палец к губам и сказал: "Тише, браток, он таки в полной уверенности, что это чистый базик".

– - Ха-ха-ха-ха, понятно. Иными словами, то был не тогрутский.

– - Нет, один из человеческих языков, Осока учила его в Храме. Правда, я знаю более редкий диалект...

– - К этому, как раз, приспосабливаешься быстро, как в родианском.

Сабе и Дорме тоже попробовали было научиться, но с нуля это гораздо труднее, да и времени на занятия было не так много, поэтому пока они освоили лишь отдельные слова. Ничего, займусь ими попозже.

Сейчас Осока рассказывала мне о своих похождениях с магистром Пло Куном на Нижних Уровнях - "гораздо ниже, чем мы с тобой были, Падме" - и о стычке с наутоланом Фонгом До. Касательно того, где находился в это время Скайуокер, она сказала только "занимались спасательной операцией на Ванкоре". То ли сама была не в курсе, то ли берегла мне нервы.

– - Ты этому До голову не отрезала?
– - на всякий случай поинтересовался я.

– - Нет, его ножи для нас опасности не представляли.

– - И правильно. Этот придурок может ещё понадобиться.

– - Почему "придурок"?

– - Пренебрегает дружескими предупреждениями. Я ведь ему сказала: не связывайся с тогрутами.

– - Ха-ха-ха, ты и это знала?

– - Не знала только итога. А что попытается на вас напасть - да.

Вызов комлинка прервал беседу. Изображения на проекторе не появилось, только слабый свет самой линзы.

– - Я слушаю, -- сказал я.

– - Добрый день, милочка, звоню предупредить, как ты и просила. Названная тобой особа связалась с шефом, он назначил ей встречу через полчаса.

– - Благодарю, душенька, очень тебе обязана, -- я завершил разговор.

– - Хм, знакомый голос, -- сказала Осока.
– - И произношение характерное... Падме, а это не помощница ли рилотского сенатора, красненькая?

– - Ну, и слух у тебя, подружка. Да, это она. Ветте Лестин.

– - Лестин? Она не замужем?

– - Нет, а что?

– - Во времена Мандалорских войн был такой мастер-джедай Жар Лестин, я читала. Наверное, её предок. Вы с ней хорошо знакомы?

– - Очень хорошо. Она работала у Фритаа ещё в мою бытность королевой.

– - Да ты что? Я думала, она новенькая.

– - Нет. Просто пузану захотелось пошиковать и завести себе живого врача, вот он её и отпускал учиться. Как раз во время Геонозиса она защитила диплом.

– - Понятно. Вот почему я её раньше не видела в новостях.

– - Сабе! Сабе!
– - позвал я.

– - Да? Что-то случилось?
– - фрейлина выглянула на веранду.

– - У меня образовалось очень срочное дело на час-полтора. Прошу, побудь мною на вечернем заседании.

– - Конечно!

Дождавшись, пока помощница поднимется по лестнице к гардеробу, я попросил Осоку:

– - А ты помоги мне, пожалуйста, загримироваться. Надо кое-кого перехватить на выходе из Ротонды.

Ровно через полчаса я подошёл к гостевому выходу здания Сената - тому из четырёх, что ближе всего к офису делегации Рилота. Разговор толстого сенатора с просительницей, как я и предполагал, продлился совсем недолго. Десять минут спустя женщина с кожей салатово-зелёного оттенка показалась в дверях подъезда. Дочку она держала за руку. При виде маленькой Нолы я почувствовал, как губы мои разъезжаются в улыбке. Не куколка, конечно, скорее, гадкий утёнок, но до чего же милая! Сколько ей сейчас? Почти семь? Я очень надеялся, что доживу и вновь увижу, в какую красавицу она превратится спустя лет десять-двенадцать. Так, всё, занимаемся делом!