– Тогда что вы мне мозги выносите?

– Что выношу?!

– Мозги. Так, проехали! – остановила я его поток возмущения. – Уважаемый, вопросы задавайте и только по существу.

– По какому существу? – опять не понял он.

– Моему. – Глаза напротив прищурились. Оглядел меня с ног до головы леший и улыбнулся. Улыбка в тридцать два желтых зуба вкупе с красными глазами из-под тени зеленого листа – это нужно видеть. Она была удивительно заразительной!

– А с тобой все и так ясно. Иди деточка, принята ты.

– Куда принята?

– В жертвенницы.

– А до того я кем была? – леший моргнул, и рядом тут же возник Нардо.

– Закончили?
– потер руки черногривый.
– Тогда не задерживаем очередь. Встаем, идем в коридор и быстро.

– Да, чельд! Иду, чельд! С радостью, чельд! – отрапортовала я, покидая пространство зеленой обители.

***

Стоя у окна в кованой раме его Величество Король Гарминт Еол Шарильм XIV не сводил взгляда с дочери, которая гуляла в саду. Его красавица сегодня выдвинула свои требования и окончательно отца приперла к стенке. Кто бы мог подумать, что в его нежной дочурке проснется такое коварство. Подумать только!

Она либо на себя наложит руки, либо на отца. Ему все еще грезился прищур черных глаз дочери и ее яростное и правдивое заявление: «Я выхожу замуж через месяц! С Вами или без Вас!» В этот момент он искренне молился, чтобы она не добавила «за первого встречного!». Она не добавила.

И расчетливый Король мысленно восхитился ее стойкостью и напором, а также посочувствовал себе. Надежда на то, что Темный Повелитель сдастся и женится на его условиях, на восьмом году сватовства иссякла. Все решения придется принимать сейчас.

– Что слышно? – он обернулся к темной фигуре, отраженной в воде.

– Ваша уловка удалась. – Ответила фигура. – Но жертвенницы все же к лешему добрались.

– Как?

– В тишине ночи в карете сонь, связанные по рукам и ногам, с кляпами во рту. – Отрапортовала темная личность.

– И что Вы сделали?

– Связалась с вами! – усмехнулась она. – Вышлите своих охотников, мои действия приведут к нежелательному концу. И не медлите. – Прошипела она, растворяясь в отражении водной глади.

***

Когда из всех жертвенниц ко мне вышли только Эва и Ульрима, я неожиданно запаниковала:

– Остальные где?

– Отсеялись, - ответили жертвенницы. И Нардо, возникший за их спинами, подтвердил это кивком.

– Нет-нет-нет! Вы что?! Как мы справимся? Я же на Агюлию, Дельту и Оргилию рассчитывала!

– Придется без них обойтись. – Ответил Нардо. И оставшиеся с нами жертвенницы залились слезами. Оплакивая то ли свою судьбу-злодейку, а то ли чужую.

– Ты издеваешься?
– не стерпела я.

– Ставлю перед фактом.

– Ах, перед фактом… Чельд, верни мне девочек! – в ответ из комнаты с кустами раздался гомерический хохот проницательного лешего.

Недолго думая я ворвалась в его обитель:

– Ну, и чего ржем?

– Ты их девочками назвала… - всхлипнул кустик с красными глазами под листом.

– И что такого?! Не мальчики же. Верни их!

– Не могу, не подходят. – Серьезно добавил он.
– У одной сын взрослый почти, у второй любовник, а третья душу свою продала, чтобы позор замести.

– И?
– я нагнулась к кустику и заглянула в глаза лешего.
– Один раз расслабишься или ошибешься и все? Трудно на это глаза закрыть.

– Нет. Но дорога в жертвенницы закрыта. – Серьезно ответил леший. – Мы бракованный товар Королевской дочери не дадим.

Жертвенницы в коридоре взвыли, взяв еще более высокие ноты. Так что куст передернул листьями и невидимые уши прикрыл.

– Да ты! Ты только что оснастил меня двумя истеричками!

– А выбирал под стать тебе. – Насупился леший. – Как того требует обычай. Не взыщи.

Куст встрепенулся, и глаза красные исчезли из-под листа. А вслед за этим вся зеленка и деревца в комнате стали в землю уходить. Аудиенция завершена, другими словами. Пришлось вернуться к нашим истерящим и развести руками:

– Ну-с, девчата, бросили они нас. – И как назло, Нардо после моих слов тоже в воздухе растворился. Ткнув пальцем в его сторону, добавила:

– Бросили как котят, но мы всплывем!
– Ассоциации в воображении прошли не те, тут же исправилась.
– Научимся плавать!