спокойно существовать, не переживая о том, что кто-нибудь вдруг решит её уволить. С выбором ниши девушка не определилась, решила, что будет отталкиваться от остатка средств. И пусть бизнес без ошеломляющих заработков и жизни выше среднего класса, она на многое и не претендовала.

Мечты оставались мечтами. Под мерзкое жужжание гнусов над ухом, Энн чтобы отвлечься, хвалила продуманность и ответственный подход корпорации. Даже странно, что не «Лодж Инк.» управляет Империей, а монаршая особа с бестолковым кабинетом министров, которым только дай повод попилить денег.

Ужин на 22 человека был готов считанные 10 минут, и буквально в каждом элементе содержимого рюкзака чувствовалось то, что их группа далеко не первое подразделение, закидываемое с аналогичными миссиями. Империя огромна, ещё больше в ней неподконтрольных планет, где есть бонусы и ресурсы так нужные корпорации.

Пока Анна на автомате пережевывала свой паек, уставившись в темную пустоту леса, к ней подсел Фурри.

Огромным облегчением в начале высадки было то, что шли они в разных группах. Когда тех троих убили взбесившиеся водоросли, девушка даже вздохнула с некоторым облегчением, проводники в обоих подразделениях шли именно в первом звене.

Фурри выиграл в смертельную рулетку, Анна где-то глубоко внутри радовалась этому. Наверное, над его трупом, она задумалась бы посерьезнее. Хотя, с чего такая честь?

— Привет, — непринужденно начал когда-то любимый, а теперь чужой и далекий человек.

— И тебе доброго вечера, — тихо ответила Энн без особого энтузиазма.

В команде к девушке относились несколько настороженно, она была единственной особой женского пола. Более того, общительностью, свойственной прекрасной половине человечества Анна не отличалась.

До её слуха доносились обрывки разговоров, девушка нарочно не хотела прислушиваться, чтобы ненароком не принять участие. Взаимодействия отработаны еще на Вентре, а привязываться к команде та ещё глупость. Она поняла это ещё на Аллестеро. Дойдут, скорее всего, не все и об этом прямым текстом без мелкого шрифта написано в контракте.

— Чего такая хмурая, — так же беззастенчиво продолжил Фурри.

— Думаю.

— О чем?

— О любви, — огрызнулась Энн. — Это вне зоны твоей компетенции.

Что-либо обсуждать, делиться с Фурри девушка не хотела, но парень вцепился мертвой хваткой и отпускать не торопился.

— Не злись. В конце концов, все мы в одной лодке, — примирительно продолжил он.

— И?

— Поговори со мной наконец-то.

— Я не веду светских бесед с предателями, пора бы уже усвоить. Зачем ты здесь? Почему нас поставили с тобой в одну команду? Я ведь написала в последнем тесте свое пожелание…

— … И его соблюли. Мы в разных группах, не забывай об этом.

Энн еле заметно скривилась. Легче от этого не становилось.

— Однако же, ночевка у нас в одном лагере, — томным голосом потянула девушка, решив ради развлечения посмеяться над его обманутыми ожиданиями.

— Не обольщайся.

Ах ты…!!! Сволочь. Причем как был Фурри клоуном, так и остался. Странно, но он считал свое остроумие рабочим коньком, который помогал клеить женщин. На самом деле, все наоборот. Наверняка не только Энн, но и другие девушки от его подначек впадали в неконтролируемое бешенство.

Прошло столько времени, что Анна не чувствовала ничего, кроме легкой досады. Года два назад она бы за такие слова с удовольствием бы свернула наглецу шею.

— Ты не понял, Фурри, — менторским, демонстрирующим превосходство тоном, обрезала она горе-ухажера. — Ты спустил все шансы.

Поднявшись с поваленного ствола пальмы, Анна медленно пошла к палатке.

— Ночи, амиго.

— Мам, мне холодно, — голос Китти дрожал.

У Энн сжалось сердце, ничего сделать с состоянием малышки она не могла. Руки сами собой ухватили плед и укрыли девочку. Анна обняла дочь и прислонилось щекой к худому, дрожащему тельцу.

— Потерпи, родная, мы справимся, — кажется, Энн не верила сама себе.

Но если у нее нет уверенности в завтрашнем дне, что будет с Китти? Кто о ней позаботится?

— Я люблю тебя, мам.

В горле у Энн застрял ком, она глубоко вдохнула, чтобы голос смог стать более уверенным. Далось это очень тяжело.