— Правильно, — мракоборец не оборачивался, но замедлил шаг. — Однако ты вряд ли знаешь, что Червоточина, породившая Струпья, возникла точно над Дворцом Правителей.

— Я не знал… — пробормотал Страд.

— Неудивительно, в книгах об этом не написано. Есть только несколько документов, которые хранятся в Корпусе Мракоборцев. Так вот, Червоточина появилась над Дворцом, который стоит в самом центре Баумары. Соответственно, это место защищено гораздо лучше, чем, скажем, та же восточная окраина. Понимаешь, о чем я?

— Кажется, — Страд тоже приостановился. — Сила Перекреста… Это она не позволила чудовищам прорваться. И она отогнала Червоточину за городские стены.

— Верно. Но, как мне кажется, только первое. Я склонен рассматривать Червоточину, как нечто мыслящее. Она поняла, что выпустить тварей в центре города не получится. Более того, сила Перекреста поразила созревающих в облаке дыма чудовищ. И Червоточина решила отступить. Но оставила прощальный подарок. Взгляни вокруг. Повсюду туловища, конечности, потроха. Здесь сотни несформировавшихся монстров. И, тем не менее, они продолжали жить, пока Стаунден не привел магов к сноедам.

— Но ведь сноеды — часть Струпьев. А значит — и часть Червоточины. Однако защищают нас… Почему?

Дролл становился, обернулся. Прищурился, маска, скрывавшая лицо чуть дрогнула, и Страду показалось, что мракоборец улыбнулся.

— Ты задаешь сложные, но правильные вопросы. Увы, ответов пока нет. Предлагаю считать существование сноедов счастливой случайностью. К тому же, их сила тоже темная. А подобное иной раз можно вылечить только подобным.

Страд задумчиво покивал, а Дролл двинулся дальше.

— Не отставай. Мы почти на месте.

Вновь под ногами зачавкала слизь. Страд поглядывал то вправо, то влево, скользил взглядом по конечностям и внутренностям нерожденных монстров и гадал, как бы они выглядели, если бы появились, если бы не сила Перекреста…

Воображение рисовало тяжелые и уродливые головы, усеянные наростами тулова и длинные мощные лапы. Чудовища выглядели омерзительно, как и те, что были и до них, и после. Однако и с первыми, и со вторыми люди справились. А эти, несформировавшиеся, как сказал Дролл, и не вступившие в бой, оставались на земле уже восемьдесят с лишним лет.

«Как странно», — Страд покачал головой, свел брови.

Он знал, что ученые-чародеи до сих пор бьются над тем, чтобы избавиться от Струпьев, но безуспешно. Распространение заразы лишь остановлено, и неизвестно, удастся ли сделать большее. А ведь Струпья были только малой частью беды: Червоточина возвращалась и возвращалась, выпуская полчища жути — визжащей, ревущей, стремящейся разрушать и уничтожать.

Мрачные мысли, точно веревки, сдавили душу. Накатило бессилие, сердце заколотилось и заныло — как тогда, в первые месяцы после гибели мамы и папы.

— Но ведь должен быть способ… — пробормотал Страд.

Дролл вновь остановился и посмотрел на него.

— Ты о чем? — спросил мракоборец.

— О Червоточине. Она ведь была не всегда. Значит, можно избавиться от нее.

Даже маска на лице Дролла не помешала Страду понять, что наставник помрачнел.

— Червоточина — как болезнь этого мира, — заговорил он. — И пока мы не узнаем ее причину, можем справляться только с симптомами — тварями. Нужно понять, что Червоточина представляет собой, что стоит за ее появлениями. Быть может, всему виной близость соседнего мира, как раз и населенного всевозможными чудовищами. А Червоточина — портал, брешь, прореха, образующаяся при соприкосновении миров. Или же ее целенаправленно посылают, стремясь уничтожить или поработить и Баумэртос, и все Янтарное Яблоко в целом. Не могу сказать, что из этого хуже. Если первое, то бороться с Червоточиной бесполезно. От нас ничего не зависит, поскольку отодвинуть соседний мир мы не в состоянии, равно как и укрепить защиту собственного. Никакой магии не хватит. Если второе… — мракоборец прервался, задумчиво свел брови. — Тогда, прежде всего, нужно узнать, кто стоит за появлением Червоточины. И лишь тогда тягаться с врагом силами. Только, боюсь, это будет немногим проще, чем попытаться отодвинуть соседний мир.

— Но все же надежда есть? — Страд, словно за соломинку, ухватился за Дроллово «немногим проще».

— Лишь в том случае, если верен второй вариант. Но есть и третий, я о нем уже говорил. Червоточина сама может быть живым существом. Вроде муравьиной королевы. Как справиться с ней в таком случае, я не представляю. Наверное, разумнее всего было бы выяснить, где ее логово, если таковое имеется, и разобраться с ней там… Однако ты сам должен понимать, сколько задач — магических, тактических и прочих — нужно решить, чтобы лишь попытаться вступить с Червоточиной в бой.

— Я понимаю, — выдавил Страд, опустив взгляд к серо-розовой дряни под ногами.

— Продолжим путь, — сказал Дролл. — Ни к чему тревожить задержками остальных.

Пошли. Страду было над чем подумать, и он удивился, когда, спустя минуту, мракоборец заговорил вновь:

— Я не знаю, какой из трех вариантов верен — и верен ли вообще хоть один… Но чувствую: нас ждут новые тревоги. Червоточина, чем бы она не являлась, начала готовить сюрпризы.

— Вы о случае в деревне Чешуйка? — догадался Страд.