Я чувствовала, как под моими пальцами бьется пульс. Казалось, стоит лишь немного сжать, и он остановится… Непередаваемое ощущение. Мне и хотелось сдавить изо всех сил, но я не могла. Просто не могла, не сейчас, когда он сам доверил мне самое уязвимое место. Видимо, Уфн был прав, нельзя быть такой доброй.

— Прекрати, у меня так и чешутся руки тебя задушить, — я снова попыталась высвободиться.

— Ну так души, если тебе от этого легче станет, — предложил Ворх.

— Что за мазохизм? Отпусти! И даже не рассчитывай, что я хоть когда-нибудь смогу так горло подставить!

— Я и не претендую даже в самых страшных твоих кошмарах, успокойся, — оборотень отпустил мою руку, достал сигареты и закурил.

— Поверь, мои кошмары куда страшнее, — мне тут же вспомнились и ведьмы, и море крови, и мертвый любимый. Я тяжело вздохнула и, сцепив зубы, запрокинула голову, — Давай быстрее, пока я не передумала. Если это, конечно, хоть как-то поможет…

У меня все внутренности скрутило в узел, когда шеи коснулись горячие пальцы, шершавые от ожогов и оружия. Я замерла как кролик перед удавом, не в силах даже шелохнуться.

— Дыши, а то сознание потеряешь, — напомнил Ворх, проведя по бьющейся под кожей жилке едва ощутимо.

— Щекотно, — пожаловалась я шепотом.

Прикосновение стало увереннее, ладонь магистра практически полностью обхватила мою шею. Всего одно неосторожное движение, и она хрустнет. Дыхание опять перехватило, сердце подскочило к горлу. Ощущение собственной уязвимости выбивало почву из-под ног. И как только Ворх выдержал это? Я нервно прикусила губу, стараясь остаться на месте. Одновременно хотелось и отшатнуться от него, и, наоборот, прижаться.

Ощущение чужого прикосновения исчезло совершенно внезапно. Как и сам Ворх. Я вздрогнула и удивленно оглянулась, но вервольфа нигде не было.

— Слава богу, — я, наконец, выдохнула с облегчением. — Это же просто что-то невозможное.

Я тронула шею, горящую от его касаний по самые плечи. Зато спину, место обитания артефакта, приятно холодило, подтверждая, что мы не зря терпели. Одно плохо: как бы я ни злилась, как бы ни была обижена, я все равно таяла как мороженное в летний полдень от любого его прикосновения. Это просто отвратительно, когда собственное тело подводит.

На следующее утро я подорвалась первой и едва ли не приплясывала от нетерпения, расталкивая сокомандников. Еще один учебный день — и выходные! Мне наконец-то можно будет навестить маму!

— Что ж ты сегодня такая активная? — Трэс отвернулся и накрыл голову подушкой.

Я пощекотала его за пятку и скорее отскочила, чтобы этой самой пяткой не получить:

— Подъем! Погода сегодня прекрасная, пора на пробежку!

— Скажи, изуверство заразно? — Ири быстренько подтянул ноги, видя, что я иду к нему.

— С чего бы? — удивилась я.

— Стоило Ворху тебя обесчестить, как ты тоже стала извергом! — припечатал некромант и с головой спрятался под одеяло, подхихикивая уже оттуда.

Я мстительно отобрала у него спальные принадлежности и бросила взгляд на пустующую кровать куратора. После своего внезапного исчезновения он так и не вернулся, так что мы были предоставлены сами себе.

— Чего это наш магистр пропал? — будто прочитала мои мысли Дашка.

— А почему ты у меня спрашиваешь?

— Он после общения с тобой исчез, вообще-то, — хмыкнул подруга.

— Ну я ж ему не нянька, — возмутилась я, вытаскивая сменные шорты из шкафа. — Может, опять по бабам… Прости, — я глянула на Трэса и прикусила язык.

Оборотень рассмеялся и выглянул из-под подушки:

— Герка, успокойся. Он тут только по одной… бабе… как ты выразилась, ходить может, так что не извиняйся, я ничего против не имею.

— Серьезно? — удивилась я.

— Да. Но он сейчас у госпожи Стеллы, зуб даю, — отмахнулся оборотень и тоже поднялся. — Чего ты распереживалась? Скоро вернется.

— Вовсе я и не переживаю, — я быстро переоделась за дверкой шкафа и выскользнула из комнаты, съедаемая противоречивыми чувствами.

Как назло, на выходе из казармы я столкнулась с предметом моих терзаний. Он едва успел посторониться, когда я пробежала мимо, задержав дыхание. И все равно я умудрилась различить уже знакомый едва ощутимый запах женских духов. Я тут же остановилась, огромным усилием воли подавляя поднимавшееся из глубины души раздражение. Между лопаток жгло, непрозрачно напоминая, что тут есть кто-то, нуждающихся в энергии этого самого беспутного оборотня. Я заставила себя обернуться и даже выдавила улыбку: