Все в салоне разочарованно застонали, а я посмотрела на нахально лыбящегося вруна. Когда это он успел разгадать мою загадку? Почему я об этом впервые слышу?

– Не тяни кота за хвост! – потребовала Тельза. – Давай ее сюда скорее, пока у меня мозг от любопытства не взорвался.

– Да не проблема. Мужик был карликом и трудился в цирке. Однажды вечером он вернулся после выступлении домой и заметил, что вся мебель в доме стала ниже. Он решил, что жена отпилила у стола и стульев ножки, и спросил у нее, где опилки. Та ответила, мол, никаких опилок нет, тогда бедолага понял, что потеряет работу, так как вырос. Пошел и повесился… Несложная загадка на самом деле. Вот бы и наше дело с такой же легкостью разгадать.

Все верно. Ни прибавить, ни убавить. Интересно, как давно он знал правильный ответ? А ведь я просила его тогда, в электричке, признаться, если загадка ему известна. Не признался. И как мне теперь поступить? Обидеться? Я прислушалась к себе. Нет, повода для обиды не было. Наоборот, на глаза навернулись слезы благодарности. Я ведь давно подозревала, что он просто дает мне время привыкнуть и разобраться в себе…

– Я еще раньше предполагала, что он был карликом! – завопила Тельза, тыча пальцем в мою сторону. – Нечестно!

– Предполагала, – со вздохом согласилась я. – Но ты говорила, что жена в шутку подпилила ножки, из-за чего мужик решил, будто вырос. А он и в самом деле вырос. Поэтому номинально...

Я пожала плечами, подруга обиженно засопела, а Харди вынес вердикт:

– Да эти двое сговорились у нас за спиной, чтоб банк между собой разделить!

– Ничего подобного! – возмутилась я.

– Вот именно, – поддакнул Рик. – Делить банк? Придумаете тоже! Я для этого слишком жаден! – И добавил тихо-тихо, шепнув мне прямо в ухо:

– Зачем делить, если жить мы будем вместе...

Меня от неожиданности чуть удар не хватил, честное слово. Вместе? Нет… Я не готова. Об этом рано еще думать, и без того у нас все чересчур стремительно развивается…

Или не рано? Я задумалась, игнорируя вопросительный взгляд Бронзового Бога.

– Трусишь, Кошка? – шепнул насмешливо и потерся носом о мой висок.

Трушу немного, правда. Хотя и поводов вроде нет, потому как и верю Рику, и хочу быть с ним, и…

– Тревожусь, – призналась я и потрогала пальцы, поглаживающие мое колено, – немножко.

И тревога эта не имела никакого отношения к тому, что я не доверяла Рику или боялась, будто он выступит в стиле Доминика. Наоборот, уверена была, он никогда со мной так не поступит. Почему? Не знаю. Переживала я по другому поводу. Шуточное ли дело, жить с кем-то! Не временно, не на одну ночь – постоянно. Готовить завтраки, стирать рубашки, ругаться из-за того, чья очередь мыть пол и застилать кровать… Я ведь никогда не жила совсем одна, если не считать последние несколько недель, чтобы вот так, свободно, без оглядки на соседок по жилплощади. Сначала мне было страшновато, а потом я вдруг осознала, как же это здорово, когда не нужно ежесекундно прислушиваться, не раздражает ли пение в душе, не мешает ли кому-то моя лампа, потому что зачиталась допоздна, и то, что я часто оставляю бардак на постели. Не нужно бояться позднего возвращения и оправдываться, если задерживаешься…

А ведь Рик не подружка. Он мужчина. Упрямый, настойчивый, со своим укладом жизни… Это точно не будет легко.

Я вздохнула.

Тем временем микроавтобус свернул к Участку, и Харди удивленно присвистнул.

– Ого. Правительственные номера? Иви, опять к тебе, что ли?

– Сплюнь три раза! – Я с тревогой вскинула глаза на Рика. – Если он как-нибудь навредит тебе…

– Не придумывай, – отмахнулся Бронзовый Бог. – Но если он попробует хотя бы сунуться к тебе, – выразительная пауза, чтобы я успела проникнуться угрозой, зазвеневшей в низком голосе, – то в этот раз я ему не нос, я ему обе ноги переломаю.

За стеклом дежурки не было ни души, и Рик, «включив» капитана, грозно прорычал:

– Р-распустились тут без меня! Где дежурный?

Дин пожал плечами, Лив вместо щита выпятила вперед животик.

– Когда я уезжал, был на месте, – отозвался Харди и просунул голову и плечи в окошко для посетителей, будто надеялся найти пропажу под столом.

– Р-разберемся.

Хмурый, как предгрозовая туча, Рик развернулся на сто восемьдесят градусов и, чеканя шаг, двинулся по коридору, а мы все застыли, как бандерлоги после рандеву с Каа.

Первой опомнилась Лив.

– Так, я вообще в декретном отпуске, мне домой пора, – прощебетала она и с грацией средних размеров бегемотика упорхнула из здания – только мы ее и видели.

– А меня в морге уже заждались, – протянула Тельза и рысью помчалась в противоположную сторону, увлекая за собою Саймона. Дин сказал, что у него отчет не дописан, а уже конец месяца.

– И вообще, дел – во!

Рубанул себя ладонью по горлу и тоже сбежал. Мы с Харди переглянулись.