— Ид-ду себе, иду… кустики ищу погуще, а там гляжу — коняшка! С крыльями, как ты мне говорил!

— Но зачем к ней надо было лезть?! — в шоке спросил Тиль.

— К-как зачем? — с трудом сфокусировала на нем взгляд Белка. — Мне Таррэн обещал дать покататься, вот я и решил, что уже можно. Он же объед… объежж… объезженный, тьфу! И седло, и узда — усе было! Я подкрался, пока он траву жрал, и — хвать за хвост! А он, гад такой, как заорет, да ка-а-ак взбрыкнет… я тут же в седле и оказался! А потом эта тварюга еще и полетела! Но не как гордый орел, а как пьяная летучая мышь — рывками! Меня как замутило, да как крутанет… я вцепился, во что нашел… ну в гриву то есть… ну и… вот что вышло… ой!

Гончая неожиданно позеленела, а потом на карачках поползла прочь.

— П-простите… к-кажется, мне сейчас будет п-плохо…

Из ближайших кустов, куда она юркнула со всей доступной скоростью, донеслись характерные звуки, отчего Таррэн застонал уже в третий раз и поспешил на помощь. Но поскольку недомогание затянулось, он не возвращался довольно долго. А когда все-таки вынес на свет божий бледную, но вполне здоровую Белку, присутствующие успели прийти в себя. Даже бедолага конь, над которым так жестоко измывались. По крайней мере он сумел подняться на ноги, перестав походить на раздавленную лягушку. Отыскал замершего в прострации хозяина и прижался к нему всем телом, беззвучно умоляя никогда больше не оставлять его рядом с этим двуногим чудовищем.

— Коняшка… — слабо улыбнулась Белка, увидев эту пасторальную картинку.

При виде Гончей лейдэ шарахнулся прочь и только что не завизжал. Правда, почти сразу наткнулся на ее внимательный взгляд, чего не мог сделать во время бешеной скачки, и озадаченно замер. А спустя пару мгновений тряхнул спутанной гривой, забавно наклонил голову. Но понять, в чем дело, никто не успел — Белка уже отвернулась и уткнула нос в плечо мужа.

— Таррэн, а ты мне такую купишь?

Перевертыши побагровели.

— Та-аррэн? — не услышав ответа, настойчиво потеребила его за рукав Белка. — Так ты купишь мне летающую коняшку?

— Нет, — буркнул эльф, благоразумно закрыв супругу от пытливого взгляда придвинувшегося отца Эланны. — Лейдэ не продаются.

— А ты попроси! — не растерялась Белка. — Неужто вон тот дядька с большими ушами тебе не подарит?

Теперь побагровели и остальные. За исключением, пожалуй, Элиара и Тиля, которым по статусу было положено уметь сохранять каменные физиономии в любых ситуациях. Немногочисленные оставшиеся на острове алиарцы, правда, ничего не заметили, потому что в этот момент испуганно косились на своего владыку, однако тот оставался на редкость благодушным. То ли не отошел от шока, то ли вообще не услышал, задумавшись о своем, то ли действительно не обиделся. Правители… они порой странные бывают. За какую-то мелочь могут голову снести, а что-то и мимо ушей пропустят. Если, конечно, это надо для дела.

— Таррэн! — устав ждать ответа, капризно надулась Белка. — Я хочу себе такую коняшку!

— Лейдэ не живут в неволе, — совсем мрачно отозвался муж, не зная, что с ней делать — то ли ругать, то ли обнимать. — И не живут нигде, кроме Скалистых берегов. Они сами находят себе хозяина и сами же его выбирают. Приручить их нельзя. Можно только понравиться.

— Да-а? — моментально оживилась она, прекратив изображать умирающую. — Так это ж я запросто! Щас мы ее позовем, и я ей сразу же понравлюсь!

— Это не кобыла, а жеребец, Бел, — флегматично заметил Элиар.

— Тем более!

— Белый жеребец, — все так же ровно уточнил светлый.

— Ты на что это намекаешь?! — громко возмутилась Гончая, кинув лукавый взгляд на замершего неподалеку рена Эверона и его церемониальную одежду. — Ну и что? Будут у нас теперь два белых жеребца. Какая разница?!

Стрегон не выдержал и закашлялся, а она вдруг насупилась:

— Мы, может, потом у себя таких же выведем!

— Какой именно породы? — с каменным лицом уточнил Тирриниэль.

Теперь кашляли уже все перевертыши. Да так надрывно и заразительно, что золотые быстро подцепили этот опасный недуг и, поглядывая отчаянно веселыми глазами в сторону начальника дворцовой стражи, присоединились к «заболевшим». Тогда как Белка гордо задрала нос и, проворно спрыгнув на землю, пафосно заявила:

— Каких захотим, таких и выведем! Хоть ушастых, а хоть хвостатых! Стрегон подтвердит, что мы можем!

— Несом… нен… но, — с трудом выдавил полуэльф.

Гончая довольно кивнула и тут же юркнула за его широкую спину. Потом на мгновение высунулась из-под его локтя, оценила обстановку, убедилась, что все в порядке, и только тогда тихо добавила:

— А белый цвет я на самом деле люблю. Только не всякий, а такой, чтоб не слепил. Потому что когда он слепит — это плохо. И это значит, что на самом деле ему есть что скрывать. Ведь настоящая чистота не нуждается в дополнениях. Точно так же, как истина, которая никогда не бывает сложной… Пойдем, Стрегон, поиграем в ножички? Чегой-то тут скучно стало, а мне надо срочно развеяться. Все эти полеты ужасно утомляют… как только некоторые ездят?

Не дожидаясь согласия Стрегона, она ловко цапнула его за руку и, пользуясь его телом как щитом, помчалась на противоположный берег озера. Подальше от пристального взгляда ллера Адорраса и протянувшегося от него тонкого, незаметного, но крайне настойчивого магического щупальца.