– А ты что тут делаешь? – тоже тихо спрашиваю я.

– Да Алиска выпила лишнего, и её приспичило прямо среди ночи собрать свои вещи и уйти из твоей фирмы.

– Почему? – спрашиваю, заранее предвидя ответ.

– Вань, ты идиот? – задаёт она вполне справедливый вопрос.

– Ладно, – сдаюсь я, – не будем сейчас об этом. Где она?

– Откуда я знаю? Я дальше этого места не проходила, а то ещё в промышленном шпионаже обвинишь. Скорее всего, в своём отделе.

– Так, Ника, объяснять всё буду потом, а сейчас делай то, что я говорю.

Ника кивает, соглашаясь. Синичка бы на её месте устроила допрос с пристрастием.

– Вторая дверь направо – женский туалет. Зайди туда и не высовывайся, что бы ни услышала, пока я не позову. Поняла?

– Всё так серьёзно?

– Серьёзней некуда.

Ника без лишних вопросов скрывается за указанной дверью, а я иду разыскивать Алису. Дверь в архитектурный приоткрыта, но света нет. Осторожно вхожу и вижу фигурку Синички за столом, она плачет и не слышит моих шагов. Права Ника: я идиот. Как мог хоть на долю секунды усомниться в моей девочке?! Она держалась из последних сил всё это время, сдала объект, расплатилась со всеми долгами передо мной. Это она думает, что что-то мне должна. На самом деле, даже не считая реставрации кинотеатра, она дала мне намного больше, чем взяла. Она вернула мне ощущение жизни, снова научила любить и доверять, благодаря ей, я вернул старого друга и открылся для новых друзей. Она напомнила мне, каким я был до того, как деньги исковеркали мою судьбу и душу. Если и есть между нами долги, то это Я ей должен. Много-много дней любви и нежности, заботы и понимания. И я собираюсь с удовольствием всю жизнь платить ей этот должок.

Потихоньку подхожу к ней сзади: нельзя, чтобы она вскрикнула или заговорила, ведь в любой момент здесь может оказаться наш «крот». Полной уверенности в этом нет, но не зря мы с Женькой сочинили маленькую перебранку, в ходе которой я устроил ему разнос за то, что отвлёк меня на какую-то ерунду. И в результате я забыл закрыть сейф в своём кабинете. Конечно, мы разыграли этот спектакль трижды в разных концах зала, убедившись, что нас «случайно» слышат оставшиеся три подозреваемых. Более удобного момента, чтобы «ознакомиться» с пока секретными наработками из сейфа может и не представиться, ведь мой намёк на них слышали сразу семь человек, да и ещё многие находились неподалёку – подозреваемых хоть пруд пруди. К тому же вовсе не обязательно документы красть: достаточно нескольких снимков на телефон, и у конкурентов появляется реальная возможность перехватить наши готовящиеся контракты и даже воспользоваться нашими наработками. Потом хрен докажешь, что это наше. А если и докажешь, то на суды уйдёт время, и заказчик уплывёт.

Алиса затихла, видимо, что-то почувствовала, поэтому, попросив про себя у неё прощения, зажимаю ей рот ладонью. Она замирает от неожиданности, и эти несколько секунд дают мне возможность легко затащить её в кабинет к Лебедеву, точнее, в приёмную перед ним.

Синичка начинает трепыхаться в моих руках, и я совершенно не к месту ощущаю, что готов забыть нахер про всех кротов и других представителей фауны и любить её прямо здесь, в маленьком царстве Татьяны Серафимовны.

– Тихо, Синичка, это я, – шепчу ей на ухо, и она снова замирает в моих руках.

Бл…! Как же я её хочу! Почти семь месяцев не дотрагивался до неё, не вдыхал аромат цветов от её волос, не ощущал биения её сердечка под моей рукой, не слышал тихого «Ва-аня-а!», от которого у меня сносит крышу.

Но надо сосредоточиться на нашем деле. Я уже молюсь, чтобы этот человек пришёл сегодня в офис и всё, наконец, закончилось. Чтобы я смог объясниться с Алисой, не опасаясь, что её снова могут похитить, ведь вряд ли на этот раз её будет охранять Женька.

– Я уберу руку, а ты ничего не будешь говорить и выслушаешь меня. Хорошо?

Она кивает, но как только я её отпускаю, разворачивается ко мне лицом и запендюривает мне такую оплеуху, что у меня в ушах начинает звенеть. Моя щека горит, но и Синичка трясёт в воздухе осушенной ладошкой.

– Полегчало? – спрашиваю я и в ответ на её кивок продолжаю. – Сейчас сюда, возможно, придёт человек, который сливает инфу конкурентам. Нику я спрятал, теперь надо спрятаться нам, но так, чтобы он не заподозрил, что здесь кто-то был. Пойдём ко мне в кабинет.

– С чего ты взял, что он сегодня придёт? – в этом вопросе вся моя Синичка.

– Я на это очень надеюсь. Пойдём.

Мы закрываем дверь архитектурного и тихо проходим по коридору до моей приёмной. Всё аккуратно прикрыто Мариной – мы так и оставляем, проходим в кабинет и оттуда в «личную комнату» – туалет, совмещённый с небольшой гардеробной и душевой кабиной. Эта дверь находится в самом углу и почти не заметна, поэтому я оставляю её открытой настежь. Теперь нам прекрасно виден сейф, который я и в самом деле оставил незапертым, убрав оттуда все важные бумаги и положив на нижнюю полку тонкую папочку без опознавательных надписей. Всё. Теперь только ждать.

Глава 52

Ощущение двоякое. С одной стороны, хочется разораться, устроить разборку, включить свет и заставить этого человека посмотреть мне в глаза. С другой – прижаться к нему покрепче и сидеть в этой «засаде» до бесконечности, чувствуя его тёплое дыхание на затылке и обжигающее прикосновение ладони к талии. Впервые за много месяцев мы находимся так близко друг к другу. Я думала, что моя обида пересилит влечение, но нет: понимаю, что ничего не изменилось, что люблю его, возможно, ещё сильнее, если так бывает.