Я помню, - ответила я ему взглядом, кивая.

А я помню, что стал таким благодаря тебя, - ответил мне взглядом Исам и взял за руку.

Я руку не высвободила, правда, покраснела, а остальные усиленно делали вид, что ничего такого не произошло. 

– Остается Подземный дракарат, - сказал Исам.
– Если нам удастся убедить верховного предводителя в правомерности наших намерений, можно попытаться заручиться его поддержкой и пробиться к одному из сердец огня.

– У верховного предводителя Подземного дракарата нет причин отказывать Таши в посвящении, - задумчиво произнес Рио, но уверенности в голосе кузена Исама не было.

– Как нет причин и допускать к нему, - сказал Исам.
– Учитывая, что Подземные поддержали Огненных в противостоянии с Водными.

– Я выйду на воздух, - сказала я, поднимаясь. Перехватив взволнованный взгляд Исама, добавила: - Я в порядке. Только здесь душно очень. Посижу немного на воздухе, - и, подмигнув мастеру Шуджи, - помедитирую.

– Это правильно, - сообщил мастер иллюзий, поднимая палец.
– На первых курсах, пока сонастройка с драконом и магией идет семимильными шагами, в любой непонятной ситуации - медитируй! Впрочем, на старших курсах тоже. Да и после окончания Альма-матер я бы на месте некоторых пренебрегать бы этим бесценным советом не стал.

– Это ты нам всем сейчас камень кинул?
– уточнил Рио, приподнимая бровь.

– То есть нам, вместо того, чтобы думать сейчас, как быть с посвящением Таши, что в землях Огненного дракарата, что Подземного, усесться на лужайке и помедитировать?

Мастер Шуджи только плечами пожал. Мол, мое дело предложить, а вы уже сами думайте, что важнее.

А я подумала, что три Ледяных дракона сразу, которые еще и преподы в Альма-матер, довольно веселое зрелище.

– Ладно, не скучайте, - сказала им.
– Обещаю, намедитируюсь на всех.

Мастер Шуджи важно кивнул, а Исам уточнил, надолго ли я.

– Потому что нам к Подземным выдвигаться надо, - напомнил Рио.

Заверив, что ненадолго, я покинула таверну. 

Ожидаемой свежести не случилось, наоборот, снаружи воздух и вовсе раскалился.

Тоскливо посмотрела на ближайшую гору, покрытую шапкой леса. Готова поспорить, там приятная тень.

– А, будь, что будет, - сказала Скирону, который вяло парил рядом, изображая вот-вот готовую разразиться дождем, тучку.

И в следующий миг взмыла в тягучее знойное небо золотой драконицей.

Не удержавшись, сделала несколько кругов над землями Золотого клана, а затем устремилась на макушку горы, под спасительный покров деревьев.

Убедившись сверху, что место для медитации свободно, спикировала прямо к подножию рослого дуба на самой вершине.

Под раскидистой сенью дышалось легче, а домик таверны с высоты казался игрушечным.

Усаживаясь, я осторожно «пощупала» магию браслета-нейтрализатора и постаралась отпустить пессимистичные мысли по поводу нашего похода.

Оптимизма и вправду ноль. Учитывая, что Кеншин хотел получить меня для Подземного дракарата, его отец также может не допустить к сердцу земли. Не говоря о том, чтобы поспособствовать нашему посещению сердца огня…

– Думаю, самое время послушаться мастера Шуджи, - сообщила я Скирону.
– В любой непонятной ситуации - медитируй.

Помимо совета препода, меня с невероятной силой влекло в прошлое. Ощущение было, словно самый интересный в мире фильм прервали на самом волнительном моменте и не дают досмотреть.

Да и встреча с отцом, после того, как встречалась с ним каждый раз в медитации, прошла для меня слишком волнительно. Я не хотела в этом признаваться, но не могла не заметить, как дрожат пальцы и то и дело пересыхает во рту. Что говорить о сердце - оно грозит пробить грудную клетку с того момента, как покинули дворец папахена.

***

– Как это, к сердцу огня?!

Юная Джун поперхнулась разбавленным соком межму. Рука непроизвольно легла на живот. Митсуко поспешила накрыть пальцы Джун, которыми та забарабанила по столу, ладонью.

– Чего ты так испугалась?
– мягко спросила она.

– Сердце огня, - прошептала Джун.
– Средоточие магии мира. Если я не понравлюсь ему, оно меня просто сожжет! Только драконы могут ходить к сердцу стихии!

– Ты не знала, - больше утверждающе, чем вопросительно произнесла Митсуко.

– Не знала о чем?

– Юные драконы рождаются у сердца стихии. Чтобы с рождения установить связь с магией нашего мира. И, конечно, чтобы вернуться потом, после инициации и обретения истинной ипостаси за посвящением.