– Принцесса должна уйти в зеркальный мир, - подтвердил Мичио Кинриу опасения Джун.

Девочка засмеялась на руках у русалки. А когда та усадила ее на лист кувшинки и принялась плавать вокруг, попыталась ухватить за зеленый хвост.

Джун перевела затравленный взгляд на обожаемого повелителя. Как он может быть так жесток?

Мичио Кинриу вздохнул.

– Пребывание Таши в этом мире чревато последствиями. Ее магия рвет пространство. А она растет. Так что дальше будет только хуже.
– сказал он после затянувшейся паузы.
– Она уйдет в зеркальный мир. Там нет магии, там она будет в безопасности. Как и сам мир.

– Мы вместе уйдем.

Джун показалось, что сначала она услышала свой голос со стороны, и только затем поняла, что произнесла эти слова вслух.

– Что ты говоришь такое, женщина?!

Весь вид Мичио Кинриу говорил о том, что и речи быть об этом не может.

Джун снова покосилась на дочь, сглотнула и посмотрела в глаза мужу.

– Ты обещал мне, - произнесла она, чеканя каждое слово.
– Я родила тебе дитя и, по традиции драконов, могу просить тебя выполнить одно мое желание.

Она шумно выдохнула и добавила после небольшой паузы.

– Мое желание - быть рядом с дочерью.

***

Открыв глаза, я оторопело помотала головой.

– Он знал, - каким-то бесцветным голосом проговорила я.
– Он отправил меня в зеркальным мир не потому, что я девочка. Не потому, что дочь…

Сердце сдавило, а Скирон, успевший соскучиться, принялся носиться вокруг меня кругами, растрепывая волосы. И я… Я откуда-то знала, что делать.

Медленно, как во сне, подняла уголек к самым глазам. Долго вглядывалась в него, то и дело выпадая из реальности. Казалось, мои руки вдруг стали огромными, и держат они огненный сгусток невероятных размеров. А внутри него так и кипит жизнь, языки пламени пытаются прорваться на свободу.

Помотав головой, я припала губами к искре и тело тут же пронзила волна сладкого тока. Отчего-то защипало в глазах, а сердце сжалось, как бывает, когда после долгой, болезненной разлуки знаешь, что вот сейчас будет встреча.

Размахнувшись, я бросила уголек в пропасть. Туда, где при моем рождении находилось жерло вулкана.

А потом границы пространства и времени размылись, мир подернулся легкой дымкой. Не в силах оторвать взгляда, я наблюдала пробуждение сердце огня.

– Ты долго, маленький дракон, - раздался голос, который сразу наполнил пещеру.

Причем, я готова была поклясться, был он совсем не таким, какими бывают голоса. Этот голос не звучал. Он сиял.

– Прости, - сложила ладони в приветствии я.
– Было много дел. Два раза пришлось убегать из гаремов, одного папахенского, а другой раз - от возлюбленного. Потом кое-чему подучиться пришлось, в Альма-матер. Правда, боюсь, меня отпустили к тебе не за высокие балы. Насколько я успела понять, моя магия рвет пространство. Так что не обижайся, пожалуйста.

Пещера засияла смехом.

– Приятно слышать, что ты спешила.

– Еще как!
– заверила я сердце огня.
– А еще, надеюсь, теперь мой потенциал не будет столь разрушительным. Как-то не очень-то осознавать, что ты являешься орудием массового поражения.

– Ты забавно выражаешься, маленький дракон, - ответило сердце огня.
– Но я понимаю.

– Это здорово!
– обрадовалась я.
– У меня вообще ощущение, что хтонические сущности и стихии понимают меня в этом мире лучше драконов и людей.

– Так и есть, маленький дракон, - подтвердило сияние.

– Почему?
– с замиранием сердца спросила я.

– Потому что по своей силе ты ближе к нам. Посланница Инари, которая снова объединит все стихии.

– Вот как, - пробормотала я.
– И Хранитель говорит, что я должна получить посвящение в магию от всех четырех стихий… То есть, стихии объединятся во мне?

– Не совсем, - уклончиво просияло сердце огня.
– Не совсем в тебе. А в том, чем ты не можешь не быть.

– А чем я не могу не быть?
– опешила я.

– Не можешь, но усиленно пытаешься.

– Я не понимаю, - покачала я головой.

– Ты пытаешься противостоять свой судьбе, маленький дракон. Не противостои.

– Но я, - пробормотала я.
– Как? Вот, и сердце ветра говорило об этом. Говорило не противостоять своей судьбе, - пояснила я, - а я вроде и не противостою. Я прибыла в этот мир. Я боем пробивала дорогу в Альма-матер, потому что моя судьба - быть в этом мире драконом! О какой судьбе ты говоришь?

Сердце огня молчало. Прежде, чем говорить, полыхнуло жаром мне в лицо. Вопреки логике, меня начал бить озноб.