Шрифт:
Глаза Воробушка — его отражения. Тех самых волн. Такие же глубокие, бескрайние и неимоверно прекрасные.
Вчера он ничего подобного не заметил. Лишь взгляд в коридоре запомнил, который его полоснул похлестче ножа.
Не до её лица было, его интересовало то, что ниже.
И общее восприятие Воробушка. Те эмоции, что пробуждала она в нем, и которые ему самому нравились.
Сегодня он собирался продолжить. Уже более томно и, соответственно, дольше.
Намного дольше.
Неприятный сюрпризом было то, что девушка заболела. Её серость лица говорило о многом.
Потапов же… С этим мудаком он встретится потом.
Секс с Воробушком отменялся.
Коваль разозлился. Он ненавидел, когда его планы рушились. Тем более, сейчас!
Тут! Когда и так заняться было нечем, и от злости, недовольства, безделья хотелось крушить стены. Или на ком-то выместить весь негатив.
Катя шумно сглотнула, снова привлекая к себе внимание.
— Врача? — едва слышно спросила она.
— Да. Тебе же плохо, какого черта молчишь?
Она прикрыла глаза, словно сдерживаясь.
Надо же… Осторожная. Хотя он и ночью заметил, что она предельно правильно себя вела. Чтобы не разозлить его.
Катя протяжно выдохнула и убрала руку с его груди.
— Спасибо.
Она кое-как присела на кровать, побледнев ещё сильнее.
А Коваль впервые за долгое время поймал себя на мысли, что хочет схватить девчонку за руку и снова вернуть к себе на грудь. К тому месту, на которое она опиралась. Пусть интуитивно, чтобы не упасть. Ему понравилось быть ей опорой.
И, несомненно, то, как она его трогала. Не поверил бы, если бы сам не испытал — кожу зажгло. Захотелось сильнее, острее. Захотелось, чтобы её пальчики прошлись по всему его телу, обхватили член, поиграли с ним, сжали. Приласкали. Довели до оргазма. При этом, чтобы она сидела на корточках и он видел её ТАМ…
Руслан мысленно выругался. Что за романтический бред лезет в голову? Увидел чистую девочку, девственницу, поимел, и что дальше?
Любовь до гроба.
Ну-да… ну-да… Видел.
Нет. Спасибо. Потрахает он Воробушка, а потом отпустит в свободный полет.
Понравится, проследит, чтобы крылья не опалила и в нужном направлении летела.
Нет… Её выбор, её Судьба.
Она не капризничала, не плакала, не истерила.
Дышала. Рвано и одновременно протяжно.
А так же прятала глаза. Больше она на него не смотрела.
Руслан повторился:
— Ложись.
Он не мог не заметить, как Воробушек чуть заметно вздрогнула, и от её реакции нечто хищное заклубилось в его душе. Он в последний момент удержался от того, чтобы не оскалится и не прокомментировать её поступок.
Коваль, тормози. Девочке и так херово. Досталось, если и не по полной, то всё равно прилично.
Он думал, Катя сейчас заартачится.
Нет, начала ложиться.
Аккуратно ложилась, колени сведены, подол платья придерживает. Чтобы ничего лишнего не показать? Так он всё видел!
Видел и хотел повторения.
Руслан кивнул и направился к двери.
Подальше от Воробушка.
Распахнув дверь, сразу же натолкнулся на конвоира, что стоял у противоположной стены. Завидев Коваля, тот моментально вытянулся по стойке смирно.
— Давай врача сюда дежурного.
— Будет сделано.
Парня, как ветром сдуло, а Руслан развернулся и начал возвращаться к Кате.
Глава 9
Ей пришли на помощь.
Наверное, следовало бы даже радоваться… Её спасли от изнасилования.
Очередного.
Только в камере находился Коваль.
К этому мужчине она не могла относиться однозначно. Несмотря на то, что именно благодаря ему она сейчас осталась нетронутой ублюдком Потаповым, видеть Коваля она не хотела. Где-то в глубине души теплилась надежда, что их отношения закончились сегодня утром. Что генерала куда-то переведут, увезут, и их дороги разойдутся. А если и пересекутся… Нет, лучше бы больше не пересекались.
Никогда.
Другая же часть Кати говорила, что хозяйка слишком наивная. Что-то происходило вокруг неё такое, о чем она даже не догадывалась. Даже помыслить не могла.
Появление Коваля — совпадение? Может быть, а может, и нет.
Господи, да какая, по сути, разница…
Катя легла на постель и прикрыла глаза.
Всё.
От неё больше ничего не осталась. Даже если сейчас Коваль раздвинет ее ноги, и его пальцы займут место потаповских. она ничего не сможет сделать.
Боль была адской. Как бы Катя ни поджималась, ничего не помогало.
— Тихо… тихо… Сейчас приведут врача.
Ей на живот опустилась тяжелая мужская рука. Именно она заставила Катю распахнуть глаза и мысленно ахнуть.