они были, хоть и немного - заступится за нее. А остальные - того, что проклятия ведьмы исполнятся.

Потом на помост вызвали всю ее родню. И каждый поспешил отказаться от нее. Аэлиша равнодушно смотрела на

взбешенного отца и поджимающую губы маменьку. Миррок тоже отметился. Таких гадких и лживых слов она и представить

себе не могла. Бывший жених не стеснялся в выражениях, расписывая аэлишино распутное поведение.

– Сидишь, су-у-ука…

Очнувшись, она подняла голову. Вириш. Пьян. Ох, только не снова! Да когда же по ее душу приедут из Братства?!

–

Сиди, тут тебе и место, дрянь… - шатаясь, братец ходил из угла в угол. От напряжения свело мышцы. Аэлиша внимательно

следила за каждым его движением. Пусть говорит, авось побрешет и свалит отсюда.

– На-надо было тебя спря…тать, - неожиданно заявил Вириш, поворачиваясь к ней. Ох, она знала этот взгляд. Аэлиша еще

больше прижалась к стене. Вот сейчас ей лучше бы молчать.

– Сидела бы на цепи, прямо как сейчас, а я бы трахал тебя каждый день, дрянная ты шлюха!

Она взвизгнула, когда братец подскочил и схватил ее за волосы. Увернуться не получилось. Не смотря на плотное

телосложение двигался парень слишком быстро.

– Нравилось с ним, да?!
– кислый запах перегара бил в нос. Аэлиша извивалась, пытаясь освободиться, но Вириш словно и не

замечал.
– Ты стонала под ним?! Кричала от наслаждения?! А?! Отвечай! Отвечай, гребаная ты сука!

Отшвырнув ее прочь, Вириш торопливо схватился за пояс штанов.

– А, плевать. На всех плевать! На запрет отца, на дуру матушку… на твоего любовничка. Плевать. Хочу! И возьму! Сей..

Земля под ними вздрогнула. Вириш замолк на полуслове. Так и застыл, держа руки у ширинки. Через секунду послышался

глухой “бум” и земля вновь дрогнула. Аэлиша тихонько попятилась, стараясь отодвинуться как можно дальше от

прислушивающегося братца.

– Что за чертовщина там творится?
– пробубнил Вириш, застегивая штаны обратно. Метнув на нее упреждающий взгляд он

направляясь к лестнице, ведущей наверх.

Подойти он не успел. Засов вырвало с мясом, врезавшись в стену дверь треснула напополам и осталась болтаться на одной

петле. Брата снесло в сторону и знатно приложило об стену. Съехав вниз, он так и остался лежать

– Аэлиш-ш-ша!

Слезы все ж таки нашлись.

– Шейсалееех, - всхлипнула она и бросилась вперед. Но упала, цепь держала крепко. Мужчина подбежал к ней. Подбежал?!

Шепча слова утешения, Шейсаллех сдернул с себя плащ и укутал ее в плотную, теплую от его тела ткань. Осторожными

касаниями прошелся по лицу, торопливо залечивая синяки и ссадины. А она, не замечая ничего вокруг, зачарованно смотрела

на сильные, мускулистые ноги. Ноги! Затянутые в темные замшевые штаны.

– Любимая моя, цветочек мой, как ты?! Где болит?

– Ноги…

– Ноги болят? Тут? Нет? Демоновы цепи!

– У тебя - ноги… - выдавила из себя Аэлиша, глядя как Шейсаллех рвет металл голыми руками, - А… хвост где?

Наверное, она глупо выглядела. Шейсаллех даже слегка усмехнулся.

– Уже скучаешь по нему, цветочек? Не бойся, теперь я способен принимать две формы.

– Теперь?

Шейсаллех не успел ответить. В проеме появился еще один мужчина.

– Брат! Кажется, эти полоумные решили поджечь дом!

– Брат?!

Аэлиша застонала, обхватывая голову руками. Да что происходит? Какой брат? Откуда у Бога есть брат?! В голове бушевал

такой хаос, что она всерьез задумалась - а не сошла ли часом с ума. Тем временем, мужчина легко сбежал с лестницы.

Откинул капюшон и пристально взглянул на нее изумительно янтарными глазами. Точно - брат. Шейсаллех и незнакомец

были похожи. Те же лоб. нос и губы. Только челюсть чуть шире и волосы… У мужчины они были золотисто-каштанового цвета.

– У Бога есть брат.
– потрясенно пробормотала она. Желтоглазый нахмурился.

– Какого еще бога? Твоя невеста тронулась умом.
– обратился он к Шейсаллеху. При упоминании о невесте, Аэлиша

совершенно точно вознамерилась упасть в обморок. Слишком много потрясений для одного дня. Шейсаллех схватил ее в

охапку.

– Хватит, Тиршшан!
– в голосе Бога (или нет?) звучал укор. Приподняв е подбородок, Шейсаллех тревожно оглядел лицо.