— Дурацкий ник, — засмеялся Эд. — Я выбрал такое: «Нагваль».

— И что это значит?

— Мои ацтекские предки верили в духов-хранителей, нагвалей. Еще колдуны себя так называли…

Малик появился в их компании примерно в то же время. Смуглый чернявый араб, маленький и кудрявый, он подвергался насмешкам и издевательствам в школе. Как-то услышав, что Ханг и Эд обсуждают «Дисгардиум», заинтересовался, подошел ближе и, преодолевая себя, поправил Родригеза:

— Нельзя!

— Что «нельзя»? — удивился Эд, но тут же опомнился: — Свали на хрен отсюда.

— Погоди, — остановил друга Ханг и обратился к Малику: — О чем ты говоришь, коротышка?

— Нельзя тебе, Ханг, одновременно качать и атакующие навыки, и защитные. Тогда шанс выпадения танкующего класса резко снизится. А ты хочешь быть танком, если я правильно вас подслушал, — Малик улыбнулся — от уха до уха.

Они разговорились, и выяснилось, что их одноклассник — просто кладезь инфы о Дисе. С того дня Малик стал чувствовать себя защищенным, а у Эда и Ханга появился единомышленник — будущий мастер стелса и скрытных атак.

Позже Ханг поймет, что белоснежная улыбка — главный навык Малика. «Обезоруживающая», — так как-то выразилась Тисса. Но тогда ни Ханг, ни Эд об этом не знали, хотя и учились вместе с первого класса. Просто обычно Малик им не улыбался — наоборот, плакал, наткнувшись на вытянутую ногу Эда и уронив поднос с едой в школьной столовой или стоя без штанов, стянутых Хангом, посреди футбольного поля. Ханг и Эд думали, что это весело.

А потом к ним присоединилась Мелисса, и все трое одновременно в нее влюбились. То есть, может, кто-то из них засматривался на одноклассницу и раньше, но близкое общение укрепило это чувство.

Тисса, как она выражалась, «выбила из них дурь», доступно объяснив, что, когда им «весело», жертвам «безобидных» розыгрышей и приколов грустно. Не сразу, но парни прониклись идеей и перестали вести себя как придурки. Последней жертвой стал Алекс Шеппард, посмеявшийся над Хангом, неправильно отвечавшим у доски. Пакет несмывающейся краски, взорвавшийся в шкафчике Шеппарда, случился в девятом классе. Алекс потом две недели ходил с синим от краски лицом, и, если бы ненависть можно было материализовать, запаса, скопленного им тогда, хватило бы, чтобы подорвать Юпитер…

А теперь они друзья… Надо же, как жизнь складывается. Воспоминания нахлынули на Бомбовоза, когда он машинально отрабатывал ротацию приемов.

Мощный скорпид почти пятисотого уровня работал и клешнями, и хвостом с ядовитым жалом, а потому Бомбовозу пришлось пристроиться сбоку. Его десятка неживых, вернее, уже восьмерка — двое полегло — рвала скорпида активно, но бестолково. Скиф выделил обычных зомби, у которых не сохранились прижизненные умения, а потому урона те наносили относительно немного и брали только числом. В отдалении стояли Краулер и Инфект: первый кастовал, второй играл на гитаре, вдохновляя группу и прислужников.

— Успеваем тот пак взять? — голос Инфекта окончательно вернул Бомбовоза в реальность.

— Полчаса осталось, не успеем, — ответил Краулер. — Надо еще отвести мертвяков к Дьюле. Так что лутаем и погнали.

— Бу-э… — вырвалось у Инфекта, обиравшего скорпидов. — Опять кишки и клешни.

— Скифу, — сказал Бомбовоз. — Может, опять придумает какое-нибудь убер-блюдо.

— Какое? — подозрительно спросил Инфект. Бард за годы дружбы привык, что вслед за вроде бы безобидной фразой у Бомбовоза всегда следует шутка и не всегда добродушная. Но вместо него ответил Краулер:

— Он же сказал, «убер». Все, по страусам!

До двухсотых не дотянули совсем чуть-чуть. Может, и дотянули бы, но они потеряли восемь прислужников, и пришлось быть осторожнее. Требовалось трое мертвяков, чтобы убить одного моба сравнимого уровня, при этом нужно было следить за их очками жизни и подставлять под агро наиболее «живого». Восстанавливались прислужники довольно быстро, но только не в режиме боя. Это тоже отнимало время.

— Я все-таки не пойму, — вдруг сказал Инфект, нарушая ритм мерного поскрипывания ног мехастраусов. — Почему Скиф ничего не сказал?

— Ты опять об Утесе?

— Ну да! «Ну и в бездну его», — по-вашему, нормальная реакция на выход из клана человека?..

— Дворфа, — поправил Краулер, требовавший полноценного отыгрыша ролей.

— Окей-окей! — взбеленился Инфект, резко затормозив маунта. Бомбовоз и Краулер тоже остановились, а вместе с ними и три отряда нежити. — Чертова «угроза» D-класса, дворф-нежить покинул наш клан. Он знает про нас все! Да он, вашу мать, знает даже, где живет Шеппард в реале, был у него дома! И как реагирует сам Алекс? «Ну и в бездну его», и свалил. Ему настолько плевать? Я чего-то не знаю?