Шрифт:
Все кончено. Неждана на мгновенье прижалась щекой к просмоленному борту. Зажмурилась, сморгнув навернувшиеся слезы. Потом молча отступила назад.
Нечего торчать тут на виду у местных мужиков – осoбено заплаканной. Её теперь все знают в лицо, и сразу всё поймут. Будут потом меж собой потешаться над девкой из рабынь, которая пустила сопли, когда к ярлу приехала дочка конунга…
Из-под навеса Неждана вышла, уже утерев слезы и вскинув голову. Даже губы чуть растянула, чтобы выглядеть повеселей.
Надо решить, что делать теперь, думала она на ходу, шагая к женскому дому. У Свальда будут свои дела и своя жизнь – а ей надо позаботиться о свеем житье.
Дочка конунга вряд ли её потерпит. Не сейчас, пока молода и хороша собой. И мужа только что заполучила. К тому же Брегга знатней, чем Свальд – тот всего лишь из ярлов, а она из рода конунгов. К словам настолько знатной жены он всегда будет прислушиваться.
Правда, кoнунг Харальд по матери тоже из рода ярлов Сивербё, припомнила Неждана. Как и Свальд. А родство с сыном Ёрмунгарда даже повыше дедов-конунгов.
Но жить в тени этой Брегги, каждый день ожидая того, что отравит – или оговорит, да так, что Свальд убьет её страшной смертью…
Нет, с ненавистью подумала Неждана. Второй Халлы, вольной над её жизнью, больше не будет.
Пусть коротким было её счастье, всего три месяца – но у других и этого не было.
Она остановилась, быстро оснулась ладонью глаз – а потом улыбнулась ещё шире. Чтобы ни один человек, случайно заметивший сейчас наложницу ярла Свальда, не подумал, что она слезы утирала.
Схожу на поклон к конунгу Харальд, молча решила Неждана про себя, шагая дальше. Он отпустил её на свободу – но он же волен и забрать эту свободу. К Забаве Твердятише подходить нельзя…
Все это время, честно говоря, Неждана к ней даже не приближалась. сли случалось столкнуться с ней на хозяйской половине, уходя от Свальда, приветствовала коротко, не поднимая глаз. А в крепости, углядев, что к ней идет Забава, убегала опрометью, словно вспомнила про неотложные дела.
И делала это Неждана не только потому, что помнила слова конунга – к жене его не подходить. Но и потому, что понимала – ни к чему, чтобы дротнинг видели беседующей с бывшей рабыней. Ещё начнут болтать, что, мол, сама из рабов, вот её и тянет к рабьему мясу.
Но теперь Забава Твердятишна в тягости…
В ноги брошусь онунгу Харальду, думала Неждана, шагая к женскому дому, где у неё теперь была своя опочиваленка. Попрошу взять нянькой к дитятку, поклянусь, что жизни своей ради нeго не пожалею. Не удалось покачать свое дитя – так хоть дитя Забавы Твердятишны в люльке побаюкаю…
Черные кобели из псарни Йорингарда, злo гавкая и подвывая, выгнали волка из чащи на опушку леса. Харальд ждал его у стежки из волчьих следoв,тянувшейся по снегу – звери, вспугнутые с лежек, всегда убегают знакомыми тропами…
Заметив человека, волк метнулся в сторону. Но не в лес, где по–прежнему хрипло лаяли псы, а дальше, в поле.
– Взять! – крикнул Харальд, натягивая повод.
Пара кобелей, крутившихся рядом, кинулись в сторону серой тени. Невысокий гнедой жеребец Харальда рванулся вперед, проламывая копытами слежавшийcя наст и разбрасывая комья снега.
Погоня кончилась быстро – псы догнали волка перед небольшим овражком, сейчас занесенным сугробами. Насели на него, однако матерый самец их стряхнул, сам хватнул одного из псов клыками, рванулся вперед…
Но уже через пару прыжков, у самого края оврага, кобели опять его настигли. На этот раз один из псов вцепился в ляжку. Второй тут же сошелся с волком пасть к пасти, хрипя от ярости и не давая укусить товарища.
Харальд соскочил с коня рядом с черно-серым клубком. Молча шагнул вперед, ухватил волка за загривок, вздернул вверх. Рычанье и хрип, судорожный рывок под рукой – волчьи клыки вцепились в плащ, намотанный на руку…
Он резанул длинным охотничьим ножом по открывшемуся горлу,там, где мех был светлее, чем на хребте. Лезвие направил к себе, чтобы случайно не задеть обеля, прыгавшего тут же.
Кровь хлынула, заливая плащ и лицо. Харальд слизнул с губ пряные красные капли, оттолкнул пса коленом. Крикнул:
– Тихо!
И только потом разжал пальцы, выпуская волчий загривок. Тело волка упало на снег. аральд вдохнул воздух, пахнущий весенними проталинами, кровью, звериной шерстью, псиной…
Голова кружилась от запахов. Где-то вдали взвыл, но тут же сорвался на визгливое, переливчатое рычание еще один волк. Значит, Свальд и те двое, что остались с ним, тоже дождались своей добычи.