— Он сам сказал тебе об этом? — приподняла я одну бровь, — Может, всё не так плохо, как ты думаешь. Посмотри на это с другой стороны: ты — последнее напоминание о ней, её воплощение, если хочешь. В тебе течёт её кровь, и одно это уже должно вызвать в нём привязанность к тебе. Ты — его семья.

Нэйт невесело усмехнулся и откинулся на стуле назад, переплетая хвост. Насколько я успела изучить своего киаму, сейчас он испытывал неловкость, но я не собиралась останавливаться. Я не обладаю магическими способностями, но у меня за плечами опыт нескольких психологов, чьи книги я запоем читала в подростковом возрасте. Похоже, что сейчас настало время применить полученные знания на практике.

— Поговори с ним, — протянула я умоляюще, — может статься, он тоже думает, что ты ненавидишь его.

— За что? — изумлённо вытаращился на меня Нэйт.

— За то, что он дал тебе жизнь, но не смог дать семью. Ты не думай, это распространённая проблема. Что самое интересное, решается при помощи одного единственного разговора по душам. Попробуй.

— А если это не так, и твоё суждение ложно, несмотря на истинность оригинальной предпосылки?

Некоторое время я просто хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Когда Нэйт начинает изъясняться изощрённо-научным языком, мне всегда становится плохо, потому что порой на расшифровку его формулировок уходит огромное количество времени. И не факт, что в их глубине не будет скрываться завуалированное сомнение в умственных способностях собеседника. Но сейчас смысл, вроде бы, ясен.

— Не попробуешь — не узнаешь, — резонно заметила я, — выбери время и отправляйся в гости. Можно даже без приглашения — тогда в твою пользу будет играть фактор неожиданности.

Нэйт серьёзно задумался. Я ждала и не торопила. Сейчас в голове моего киаму постепенно ломается то, во что он верил всю свою жизнь, и чтобы принять это, нужно очень много душевных сил.

— Если он один из герцогов, то это значит, что он был приближен к Сатане ещё до того, как их изгнали из Рая, — подлила я масла в огонь, — Он падший ангел, что-то светлое и правильное должно было в нём остаться.

Мы ещё немного посидели. Я почти сформулировала следующий аргумент, но тут Нэйт встряхнулся и встал.

— Извини, мне нужно подумать, — произнёс он, задумчиво хмурясь и глядя не столько на меня, сколько сквозь меня, куда-то в глубину собственных мыслей.

— Сколько угодно, — развела я руками, — если возникнут ещё вопросы, приходи. Обсудим вместе.

Он кивнул и вышел, а я откинулась на кровати и облегчённо выдохнула. Надеюсь, я смогла что-то исправить и в чём-то помочь своему другу, который за последний почти год стал мне ближе родных родителей. Я ухмыльнулась родившейся в мыслях параллели — отдаляясь от своей семьи, я помогаю Нэйту сблизиться с его семьёй. Дай-то бог, что-то я смогу исправить.

Так прошли два самых прекрасных года в моей жизни — я училась, читала, периодически выбиралась в большой мир со своей командой с целью сократить поголовье особенно распоясавшейся нечисти, навещала родителей и общалась с обитателями Цитадели. И тренировалась едва не до потери пульса. Попади я в серьёзную передрягу, оружие должно было стать продолжением руки. Чтобы я смогла защитить себя хоть так, если уж великое искусство магии мне недоступно.

Нэйт тренировал меня сам, не доверяя это дело учителям. Он требовал, чтобы я поднималась после каждого удара, сбивавшего меня с ног, и продолжала бой. Он повторял «Ещё раз», когда я, распластавшись на полу, просила пощады или хотя бы короткой передышки. Полудемон был неумолим, и порой я просто ненавидела его, но не могла не признать, что обучение приносит свои плоды. Я стала сильней, выносливей и терпимей к боли. Теперь не только друзья-сокомандники прикрывали мою спину, но и я могла прикрыть их в ответственный момент, чтобы Тина успела призвать ледяную стихию, а Хирд — выдернуть оружие, застрявшее в кости очередной сверхъестественной твари. Нэйт никогда не нуждался в защите, но я старалась держаться ближе к нему, чисто на всякий случай. Случаи бывают разные, — в один голос твердили учителя в Корпусе, наставляя новобранцев, — иногда даже секунда промедления может стоить жизни.

Но иногда Нэйт пугал меня.

Однажды, после особенно жёсткой тренировки, когда вокруг меня суетились две медсестры, накладывая повязки на порезы и мимоходом кастуя заклинания, снимающие боль, я подняла на своего киаму уставший взгляд и сказала:

— Я обычный человек.

Будто это могло что-то ему объяснить. Мы с ним всю жизнь были и будем на разных уровнях, и я даже не надеялась, что он сможет меня понять. Мне просто нужно было хоть как-то разрушить повисшую между нами давящую тишину.

Когда он перехватил мой взгляд, у меня создалось впечатление, что ему больно смотреть на меня. И я отвернулась.

— Я знаю, — произнёс он, — я знаю.

И вышел, не сказав больше ни слова.

Через неделю мне выдали настоящее оружие. Я не могла доказать этого, а спросить напрямую так и не решилась, но мне казалось, что это было сделано по его просьбе. Пригодилось оно уже на следующий день.

— На этот раз работаем в общих землях, — оповестил нас наш командир, когда мы, собравшись вместе, приготовились к переброске на место очередного боевого задания, — конкретно, в Японии.

— Нехило, — почесал в затылке Хирд, — надеюсь, не в центре города.

— Нет, но неподалёку от точки расположен посёлок, так что сильно шуметь и привлекать внимание нельзя.

— Расскажи это нашему некроманту, — буркнул Хирд, за что удостоился укоризненного взгляда от Тины и развивать тему не стал.

— С чем работаем? — спросила я, чтобы отвлечь внимание Нэйта на себя и избежать перепалки между сокомандниками.

— С амфисбеной, — ответил полудемон, одним словом вызвав у всех нас состояние, близкое к шоковому, — Какого чёрта ей понадобилось на Земле, я не очень понимаю, но она опасна…