— Кто-нибудь возомнил себя королевским исповедником? — спросил Дидье ледяным тоном.

Тегвин вздрогнула и попятилась. Лорд Кадарн мотнул головой и исчез в комнате вместе с принцем.

— Вот и чудно, — подытожил король. — Спокойной ночи.

— Доброй ночи, — тихо отозвалась Тегвин.

Не желая, чтобы его беспокоили, Дидье запер изнутри двери спальни. Ему совсем не хотелось, чтобы притащилась Сибилла, и даже Лимерика он не хотел видеть.

Старикан и так видел его насквозь, а теперь без труда бы догадался, что король потерпел позорное поражение в бою на фронте любви. Но проигранный бой — это не проигранная война.

Война…

Неужели, он и в самом деле будет сражаться с леди Дианой Верей? Хотел бы сражаться — взял бы ее еще там. От одной мысли об этом желание вспыхнуло со страшной силой. Завалил бы ее, заглушил крики подушкой, и любил бы до тех пор, пока эта строптивица не поняла, что создана только для него…

Он увидел собственное лицо, отраженное в зеркале — безумное, дикое, совсем не похожее на человеческое, и опомнился.

Нет, с ней невозможно поступить подобным образом. Это все равно, что бить шпорами чистокровную кобылицу, у которой шкура тонкая и гладкая, как атлас. Эта женщина слишком драгоценна, чтобы ломать её. Она должна прийти сама. И только в этом будет полная победа. Сладкая победа.

Ему не достаточно будет только ее тела. Он хотел ее саму — чтобы она смеялась и заигрывала с ним, как с Вереем, чтобы танцевала и шутливо говорила: «Да, мой господин».

Но для этого надо убедить ее, что Верей ей не подходит. Король не допускал и мысли, что она может любить Верея по-настоящему. Верей — ничтожество, трус.

«Любят не за что-то, а вопреки…» — слова, сказанные Дианой, припомнились и заставили поморщиться. Любят не за что-то. Глупости, любить надо лучших.

Потому что только они достойны любви.

Утром он встал еще более раздражительным и не сдержался, когда камердинер помогал ему надеть камзол и проявил недостаточную расторопность. От крепкой зуботычины лорд Белвиль едва не упал, а сэр Лимерик, присутствовавший при этом, сделал вид, что ничего не заметил, но заметно присмирел, и за все утро не сказал ни одного лишнего слова.

Во время обеда мажордом, перебирая письма и прошения, полученные королем утром, на собрании лордов, задержал в руках одно и прочитал:

— Леди Бригитта Верей просит принять ее в любое удобное для вас время, сир.

Королева не присутствовала за обедом — она отправилась в городской собор, чтобы поклониться мощам святого Фрагана, поэтому король и его слуга могли говорить свободно.

— Что ей понадобилось? — спросил Дидье, невозмутимо отправляя в рот кусок хлеба, а потом кусок хорошо прожаренной оленины.

— Не написано, — мажордом покрутил письмо. — Прикажете отказать?

— Прикажу пригласить, — велел король.

Сэр Лимерик кивнул — тоже с самым невозмутимым видом.

Леди Бригитта явилась сразу же, как только ей передали королевское разрешение.

Дидье встретил ее в своей комнате, показывая, что разговор будет доверительным, но не предложил сесть — в знак того, что относится к даме как к одной из многих, без какого-либо отличия. При разговоре присутствовал только сэр Лимерик, но он был занят, наливая свежие чернила в чернильницу.

— Хочу поблагодарить вас за земли и замок Верей, — начала леди Бригитта без обиняков, — но моему сыну мало этой земли. Ему надо расширить владения. он молод, у него будет много сыновей, и все они должны будут послужить своему королю на родной земле.

Она сделал паузу, глядя выразительно, но Дидье не торопился отвечать, догадываясь, что старая ведьма пришла не просто выпрашивать земельные наделы.

— Я осмелюсь просить вас о великой милости, — продолжала леди Бригитта деловито.

— Вы можете отправить моего сына на южную границу. назначив королевским прокурором. А потом передать эти земли ему во владение, так как лорд Вирга уже стар, и у него нет наследников. Поездка займет около полугода. Думаю, этого времени будет более чем достаточно, чтобы Жозеф укрепил там свою власть. И вашу, естественно, сир.

Дидье смотрел на нее, прекрасно понимая, куда она клонит, но счел нужным уточнить:

— Вы хотите, чтобы ваш сын уехал на такой долгий срок? Но ведь он только что женился, надо дать время, чтобы появился наследник.

— Успеет, — скривила губы леди Бригитта. — Мой сын еще молод, и пока он должен послужить своему королю, а не своей жене. Жена никуда не денется, — она даже глазом не моргнула, когда заговорила о невестке, — будет сидеть у меня под замком и делать то, что прикажут.

— А ваш сын с этим согласен? — спросил Дидье, подперев голову и задумчиво глядя на ведьму, которая решила все и за всех.