Наконец, он вырвался из зеленых пут и начал протискиваться внутрь. Взгляд его черных глаз был направлен прямо на меня.

– Почему так долго!
– кричал я.
– Давай!

Чернокрыл сделал шаг, затем второй. Костяные шипы на его крыльях с отвратительным хрустом оставляли глубокие борозды на каменных стенах. Именно в этот момент он со всего маху угодил в первую кляксу, а затем и во вторую. Третью я уже бросил прямо под последний его шаг. Оставшись без энергии, чернокрыл покачнулся и, поднимая в воздух облако пыли и гнилого мусора, рухнул на пол.

– Не стреляй!
– крикнул я Барсуку и ринулся вперед.

Доставая набегу «Стрекозу», я ворвался в пыльное облако. Ченокрыл лежал, не шевелясь, нелепо вытянув шею. Из его клюва торчал черный язык.

Недолго думая, я подбежал к его башке и нанес первый удар ножом сперва в один глаз, затем в другой. Я продолжал бить даже после того, как перед моими глазами появилась системное оповещение о победе.

— Вы убили чернокрыла (8).

— Поздравляем! Вы получаете:

— Эссенция опыта (1600 шт).

— Серебряная скрижаль (2 шт).

— Жетон Охотника на чудовищ (10 шт).

– Большой Орб Тьмы (1 шт).

Когда пыль осела, я увидел стоявшего с открытым ртом Барсука. Он таращился на поверженного монстра, на его башку, которая под моими ударами превратилась в сочащийся кровью кусок мяса.

– Ты в порядке?
– спросил я его.

Ответить барсук не успел. Многоголосый звериный вопль откуда-то сверху заставил нас замолчать. Я прислушался. Вопли то удалялись, то приближались. Сородичи «нашего» чернокрыла пожаловали. Судя по звукам, кружат где-то в районе десятого этажа. Видимо, не могут понять, куда запропастился их товарищ. Вроде как только что жрал гиену, и вот его уже нет.

Короткие сварливые вопли сменились на протяжные, нетерпеливые. А затем и вовсе стали удаляться.

– Улетели, - сообщил я, дышавшему через раз Барсуку.

Тот лишь судорожно кивнул, а потом его вывернуло наизнанку. Хорошенько проблевавшись, Барсук со стоном прислонился спиной к стене и медленно съехал на пол.

– Это не первый одержимый, которого ты убил, верно?
– тихо спросил он.

– И не самый опасный, - кивнул я, хлопая по шее мертвого чернокрыла.
– Правда, мне всегда помогал мой лучший друг.

Вспомнив Обжору, я пригорюнился.

– А где он сейчас?
– участливо спросил Барсук.
– Он погиб?

Я машинально нащупал рукой амулет с фигуркой харна и покачал головой.

– Нет-нет, с ним все в порядке. Просто мы пока не можем быть вместе. Но как только я решу один важный вопрос, ты с ним обязательно познакомишься. Уверен, он произведет на тебя неизгладимое впечатление.

Сказав это, я усмехнулся. Могу себе представить. Обжора своим видом на кого хочешь впечатление произведет. Думаю, в Озерном будет паника.

Кстати…

Взглянув на товарища по оружию, я насмешливо спросил:

– Как думаешь, если вместо головы мутанта мы притащим башку одержимого, твой вождь, наконец, оставит тебя и твою сестру в покое?

Отделить голову чернокрыла от его туловища оказалось не самым простым делом. Пришлось провозиться несколько часов. Местные тесаки были практически бесполезны. Даже с моими возросшими показателями «силы» и «ловкости».

Только когда я додумался использовать «Стрекозу», дело пошло на лад.

Ошарашенно наблюдая, как мой нож легко режет плоть и шкуру твари, до этого казавшейся деревянной, Барсук сказал:

– Даже не представляю, сколько может стоить такое оружие. Его создали руки великого мастера.

Я не знал, что ему ответить на это. Поэтому лишь неопределенно хмыкнул. О своих экспериментах говорить не хотелось. Правда, поговорить нам все-таки придется. Я буквально спиной ощущал нетерпеливый взгляд Барсука.

А еще я был зол. Мало того, что Великая Система никак не отреагировала на мои потуги при разделке туши, так еще и сняла несколько единиц прочности с ножа. Видимо, это было мне маленьким предупреждением за то, что вздумал действовать без полагающихся навыков и инструментов. Безобразно срезанные куски шкуры, вырванные когти и шипы чернокрыла в моем мире не стоили бы и ломаного гроша, но здесь, со слов Барсука, все эти «трофеи» должны были произвести впечатление на его соплеменников.

Разговор состоялся на следующий день, когда мы уже были на середине реки. Нужно отдать должное моему боевому товарищу - он терпел до последнего и с вопросами не лез. Мне пришлось самому начать: