Печь, которую еще утром растопила Ласка, не успела остыть, а в доме Барсука уже хозяйничали какие-то люди. Посреди двора стояла телега, доверху нагруженная добром моего товарища и его сестры. Внутри дома кипела «работа». Оттуда доносились перекрикивающиеся женские голоса, звон посуды и стук мебели. Происходящая картина тут же напомнила мне день, когда я покидал родительский дом. Хех… Падальщики во всех мирах одинаковы.

Возница, худой мужичонка, увидев входящего в ворота злого Барсука, замер с открытым ртом. Его мелкие близко посаженные глазенки таращились с испугом и неверием.

Решительно шагая в сторону своего дома, Барсук коротко рыкнул опешившему вознице:

– Возвращай всё, где взял!

Я обернулся. Оказывается, за нами увязалась толпа зевак. Видимо, уже знали, что произойдет дальше, вот и пришли насладиться зрелищем.

– Ишь чего удумал!

Звонкий наглый выкрик со стороны дома заставил меня повернуть голову.

На крыльце стояла дородная тетка, широко расставив короткие ноги и уперев руки в боки. На ее раскрасневшемся пухлом лице застыла маска вызова и превосходства.

– Ковыль! Даже не думай!
– грозно добавила она, увидев, что возница схватился за один из коробов, заполненных посудой.

Шагая мимо, я краем глаза заметил чашку в этом коробе, из которой еще две недели назад пил Ласкин ягодный отвар.

Минуту спустя к тетке присоединились еще две бабы, такие же тучные и наглые, но помоложе. Судя по внешнему сходству, нетрудно догадаться о родстве этих женщин.

– Бобриха!
– гневно выкрикнул Барсук.
– Ты, я смотрю, совсем страх потеряла!

Тетка покраснела еще больше. Выдвинув подбородок и прищурив глаза, она звонко ответила:

– Щенок! Это ты, похоже, забыл с кем разговариваешь! После Отбора все это теперь принадлежит мне и моему мужу! Равно как и этот дом! Мой муж внес плату вождю еще вчера!

– А вот это он зря сделал!
– поднимаясь по ступеням, ответил Барсук.
– Это дом охотника!

– Уже нет!
– с вызовом выкрикнула Бобриха.
– Твой отец давно погиб!

Барсук, поднявшись по ступеням, навис над наглой теткой.

– А кто сказал, что я говорю о моем отце?
– холодно спросил Барсук и хищно улыбнулся.

Затем он обернулся к застывшей в воротах и жадно наблюдающей за происходящим толпе и громко спросил:

– Что ждет грабителя, забравшегося в чужой дом?!

– Смерть!

– Смерть!

Из одобрительно гудящей толпы послышались десятки голосов. Я наблюдал за выражениями лиц этих людей и понимал, что Бобриха со своим муженьком и «бобрятами» не в чести у местного люда. Но судя по тому, как быстро этот Бобер все состряпал, он здесь человек не последний. Таких суетливых, как правило, нигде не любят, так что справедливое макание их наглых физиономий в дерьмо местным населением было поддержано в полной мере.

– Ты гляди, что деется!
– кричал женский голос из толпы.
– Бобры совсем зажрались! Грабят посреди бела дня!

– Не успел парень с охоты вернуться, а его добро уже растаскивают по закромам!
– вторил ей хриплый мужской голос.

– Добыл башку одержимого!..

– Сам княжеский посланник Барсука охотником назвал!..

– Опора и сила племени!..

Выкрики уже доносились отовсюду. Бобриха сперва еще храбрилась, но, услышав об одержимом и посланнике князя, как-то враз попритихла и скукожилась.

Ковыль под улюлюканье толпы торопливо сгружал все добро на землю. Вжав голову в сухие плечи, он периодически вздрагивал и пытался что-то ответить в свое оправдание. Мол, подневольный… Мол, ему сказали - он и едет…

– Даю час на то, чтобы все вернули на место!
– выкрикнул Барсук.
– Иначе пеняйте на себя!

Бобриха со своим выводком кинулась помогать вознице, а мы с Барсуком вошли в дом.

– Кто они?
– спросил я, кивая на суетящихся женщин.

Барсук отмахнулся.

– Жена и дочки Бобра. Прихвостня вождя. У него в этом году сын женится. Так этот жлоб ко мне уже несколько раз приходил с предложением купить наш дом.

– Дай отгадаю… - усмехнулся я.
– За бесценок?

– А ты прозорливый, - усмехнулся мне в ответ Барсук.

Внутри дома, на удивление, был относительный порядок. И это понятно - Бобриха, уже считая это жилище своим, грабила его аккуратно и с расстановкой.

Пока неудавшиеся мародеры под пристальным вниманием зевак таскали вынесенные вещи назад в дом, мы с Барсуком поднялись на второй этаж и заперлись в его комнате.