— Ох.

Теперь это обрело смысл. Сара была в Вегасе в марте, искала свою мать, и у них была стычка с большой группой вампиров. Странно, она не упомянула о встрече с девушкой там, или о том, что теперь может исцелять людей.

Я вспомнил, какой бледной была Эмма, когда впервые приехала сюда, и подумал, что это из-за её болезни. Мысль о том, что она могла быть настолько больна, что нуждалась в Саре, чтобы исцелиться, заставила меня содрогнуться.

— Ты была очень больна?

— Это было не такое исцеление, — она отвернулась, прикусив губу. — Сара исцелила меня так же, как она исцелила Нейта.

Я уставился на неё.

— Нейт? Но он был...

— Вампиром, — закончила она за меня едва слышным шёпотом.

Мой желудок болезненно сжался. Нет. Она не могла быть вампиром. Я бы знал. Разве нет?

Я подумал о Нейте. Я не видел его вампиром, но был рядом в тот день, когда Сара снова сделала его человеком. Я обратился и принюхался к его запаху, но на нём не осталось ни намека на вампирскую природу.

Но это был Нейт. Одно дело, когда Сара помогает своему дяде, который был вампиром меньше недели. Но зачем ей было исцелять незнакомого вампира, учитывая всё происходившее тогда? Каждый кровосос в стране искал её, как и сам Магистр. Это не имело смысла, если только она не знала Эмму до того, как та изменилась. Должно быть, так оно и есть.

— Как долго ты была вампиром, прежде чем Сара исцелила тебя? — спросил я с удивительным спокойствием.

Тишина.

— Эмма?

Она глубоко вздохнула и посмотрела на меня.

— Двадцать один год.

— Что?

Я почувствовал, как похолодело моё тело, когда до меня дошёл смысл её слов. Я пытался сопоставить милую девушку, которую знал, с одним из этих ублюдков-садистов, но у меня ничего не вышло. Мой разум не позволял мне представить девушку, которую я любил, жестокой убийцей.

— Пожалуйста, скажи мне, что это какая-то шутка.

Она помотала головой.

Мой взгляд упал на её рот, и желчь обожгла мне горло, когда я представил её с парой змееподобных клыков. Я убил так много вампиров и видел на что они способны. Они были машинами для убийства, и им доставляло удовольствие причинять боль. Сара видела это своими глазами, когда они убили её отца, и она ненавидела кровососов даже больше, чем я. Для неё не имело смысла спасать одного из них, если она не имела никакого к ним отношения, как с Нейтом.

— Почему она исцелила тебя?

Эмма вздрогнула. Я чувствовал себя виноватым за свой резкий тон, но мои эмоции были слишком яркими. Я не знал, как справиться с тем, что услышал.

— Из-за Эли, — хрипло сказала она.

Я отпрянул от неё.

— Эли? Тот самый Эли, который был одержим Сарой и чуть не убил её?

— Да.

Меня пробрала дрожь. Знакомая манера Эммы произносить имя Эли подсказала мне, что она знала его, и не только мимоходом. От мысли о том, что она была с ним, мой желудок сильно свело, и я попытался встать.

— Пожалуйста, позволь мне объяснить, — отчаянно взмолилась она. — Если ты захочешь уйти после, я пойму. Но мне нужно, чтобы ты знал правду. Всю.

Я вернулся на дальний край дивана, моё тело напряглось, я ждал продолжения.

— Я выросла в Роли, в Северной Каролине. В семье у нас были я, моя младшая сестра Мари и наши родители. Я была обычной девочкой-подростком, которая любила ходить в торговый центр и тусоваться с лучшими друзьями. Я любила рисовать, и моей мечтой было поступить в художественную школу. Я была счастлива.

Она обхватила себя руками.

— Однажды ночью я тайком отправилась в клуб со своей подругой Челси. Мы разошлись. Именно тогда Эли нашёл меня. Я не знала, кто он такой, пока он не заставил меня выйти с ним на улицу. К тому времени было уже слишком поздно.

Её глаза приняли отстраненный взгляд, наполненный ужасом.

— То, что он сделал со мной... я молилась, чтобы он убил меня, но у него были другие планы. Через неделю после того, как он забрал меня, он превратил меня в такое же чудовище, как и он сам.

Явная агония и отчаяние в её голосе хлестали меня по сердцу, пока я не почувствовал, что его разорвали на куски. Каждый вдох причинял боль, и моему волку хотелось выть от боли.

— После этого я принадлежала Эли. Он был таким сильным, и ему нравилось контролировать меня. Вампир, которым я стала, не пытался сбежать от него. Она была такой же извращенной, как и он, и она хотела быть с ним. Демон полностью овладел моим телом, и я могла только наблюдать, как он делает с другими то, что Эли сделал со мной.