Я усмехнулась.

— Пепперони с моей стороны и гавайская с твоей. Держу пари, мы сможем найти этих "Балбесов" по телевизору.

Мари любила этот фильм, и я всегда дразнила её, потому что она была влюблена в Шона Астина.

— Ты помнишь.

Она выглядела такой юной в тот момент, и было легко забыть, что теперь она была почти вдвое старше меня сейчас. Когда я посмотрела на неё, то не увидела тридцатилетнюю женщину. Я видела маленькую девочку, которая нуждалась в утешении своей старшей сестры.

Я снова взяла её за руку.

— Я помню о тебе всё, сестрёнка. Не важно, как далеко я была, моё сердце было с тобой, мамой и папой.

— И мы всегда были с тобой, — она сморгнула навернувшиеся слёзы. — Впервые с тех пор я чувствую себя... целой.

— Я знаю.

Мне потребуется время, чтобы почувствовать это, но возвращение Мари заполнило одну из зияющих дыр в моём сердце. Эли забрал у меня всё, но я возвращала свою семью и свою жизнь по частям. Я никогда не буду той девушкой, какой была тогда, но я могу быть счастливой.

Глава 22

РОЛАНД

Я оторвал взгляд от шины, которую менял, и поднял голову, когда услышал, как Пол вошёл в гараж. Он всегда приходил раньше меня, а я был здесь уже час.

— Самое время притащить сюда свою задницу. Я уже начал думать, что здесь работаю только я один...

Я остановился, когда новый запах ударил мне в нос. Он был мускусным и сильным, и я сморщился от отвращения. Я посмотрел на Пола, который удовлетворённо улыбался, и понял, что это за запах.

— Эйприл?

Его улыбка стала шире.

— Прошлой ночью.

Я встал и протянул ему руку.

— Поздравляю.

Я зажал нос рукой, когда он оказался в нескольких футах от меня.

— Парень, надеюсь, мой связующий запах не так плох.

Он усмехнулся.

— Твой был чертовски ужасен, когда ты запечатлелся. Эйприл любит мой.

Эмма тоже любила мой. Или когда-то любила. Я понятия не имел, что она теперь чувствует ко мне. Видя, как счастлив был мой кузен, я завидовал тому, что между мной и Эммой никогда не будет так просто. Если бы я запечатлелся на волчице, мы бы уже соединились. Но она не была бы Эммой.

Пол сел на перевёрнутую бочку с маслом, а я снова принялся снимать гайки с колеса. Через несколько минут он прочистил горло.

— Не поговорим о вчерашнем громком заявлении Максвелла? Сам знаешь о каком; о том, о котором гудит вся стая.

Я пожал плечами. Казалось, что в эти дни вся стая говорила только обо мне. Сначала, вся эта история с Тревором и Гэри, а потом моё запечатление на человеке. Теперь ещё и потому, что Максвелл выбрал меня своим преемником. Я не хотел всего этого, но решил, что мне пора привыкнуть к такому вниманию. Как будущий Альфа, я больше не мог исчезать с поля зрения. Мне это не нравилось, но я согласился.

Реакция на новости Максвелла была почти такой же, как я ожидал. Мама и бабушка сияли от гордости, а Пит был счастлив за меня. Он сказал, что никогда не хотел занять место своего отца, и он был доволен тем, что стал Бетой. Как и я, он думал, что Фрэнсис будет следующим в очереди на Альфу, и был рад, что это был я.

Неудивительно, что Фрэнсис пришёл в ярость, услышав эту новость. Максвелл отвёл его в сторону, чтобы поговорить наедине, и тот был странно подавлен, когда они вернулись через час. Я понятия не имел, что сказал ему Максвелл, но Фрэнсис больше ни слова об этом не сказал, хотя я несколько раз ловил на себе его обиженные взгляды.

Что же касается остальной стаи, то они всегда знали, что сын Альфы или один из его племянников, скорее всего, станет его преемником. Именно так всегда и было, только ему предстояло решить, кто это будет. Конечно, это не мешало им сплетничать и пялиться на меня так, словно у меня вдруг вырастет лишний хвост.

— Что ты хочешь знать? — спросил я, не поднимая глаз.

— Как давно ты это знал?

Я снял последнюю гайку и положил гаечный ключ на пол.

— Он отозвал меня в сторону после отбора Бет и сказал мне. И да, я был так же потрясён, как и ты.

— На самом деле, я не очень удивлён. Пит недостаточно агрессивен, чтобы возглавить такую большую стаю, а Фрэнсис слишком темпераментен. Остаёшься только ты, кузен. Думаю, Максвелл считает, что раз ты пережил месяцы тренировок под его началом, ты достоин быть Альфой.

— Думаю, да.

Пол рассмеялся.

— Ты только что узнал, что станешь следующим Альфой. Как ты можешь быть так спокоен?

Я снял колесо и поставил его рядом с ним.

— Сейчас я могу думать только об Эмме. Как только я разберусь с ней, я буду беспокоиться об остальном.