Хоть мужчины и умерли мгновенно, для Теи это не стало утешением. По её лицу текли слёзы, а рот раз за разом повторял одну фразу:

— Они же ни в чём не виноваты…

Эмилирион пришёл в себя — Немезида выполнила свою задачу. Он поднял в воздух мешок и неспешно пошёл к центральной улице.

— И что мы вот так уйдём?! Сделаем вид, что ничего не случилось?! Чем мы лучше того вора, что хотел отнять наши деньги?

— Что сделано, то сделано, — безэмоционально ответил он. — Если хочешь, я могу отдать твою долю прямо сейчас.

— Не нужны мне эти кровавые деньги! — воскликнула она.

— Ты идёшь или будешь оплакивать глупцов, не рассчитавших свои силы?

Тея всё же пошла за ним, но по дороге до таверны шла позади и не произнесла ни слова. Эмилириона, в отличие от Сатира, не сильно интересовали её нравственные страдания, а в роли проводника она его больше не интересовала. Возможно, она подошла бы в качестве напарницы, но бороться с истериками после каждого убийства он не собирался.

Они благополучно добрались до таверны по безлюдным улицам. Эмилирион занёс мешок с награбленным в комнату, набрал два полных кармана монет и пошёл вниз. Тея легла на кровать, так и не произнеся ни слова.

В тот момент, когда он спустился вниз, трактирщик вернулся с площади. Эмилирион подошёл к полному, пожилому мужчине и спросил:

— Что вы думаете на счёт слов короля?

— Мне кажется, он нас просто хотел успокоить. А то, что война не доберется до Миранталя — полная чушь! Если ремианцы смогли переплыть Великое море и высадиться в Ариате — нам всем хана, — ответил трактирщик.

— А как же армия, разве она нас не защитит?

Мужчина зашёл за барную стойку, сел на обшарпанный стул и произнёс:

— Врагов слишком много. Не хочется бросать своё дело, ведь всю жизнь на него положил, но видимо другого пути нет — нужно бежать.

— И сколько по-вашему у нас времени? — Эмилирион пытался выжать из собеседника максимум информации.

— Через неделю здесь уже будет опасно оставаться. — Он налил себе стакан крепкого алкоголя и выпил залпом (крепкого по местным меркам, по земным же содержание этилового спирта в напитке не превышало двадцати пяти градусов). — Я подумываю уехать в Ласнион.

— Почему именно туда? Мне кажется, что ремианцы в первую очередь возьмут именно его. Город без высоких каменных стен — лёгкая добыча.

— Ваша правда. — Трактирщик налил второй стакан. — Говорят, что Редгар, назначенный генералом армии ремианцев, хочет взять столицу и тем самым быстро закончить войну.

— Блицкриг значит… — негромко произнёс Эмилирион.

— Что, простите? — переспросил мужчина.

— Да это я сам с собой, — ответил он. — Подскажите, где можно приобрести приличную одежу?

— Это вам нужно пойти налево, дойти до рынка, а затем повернуть направо, прямиком к узенькой улице. Именно там находятся лучшие ателье в городе. А если вы ограничены бюджетом…

— Спасибо, и последний вопрос, — Эмилирион перебил собеседника. — Где можно подстричься или хотя бы побриться?

— По дороге на рынок обрати внимание на вывески по правой стороне, и над искомым зданием вы увидите огромные деревянные ножницы. Мимо точно не пройдете. — Он опустошил стакан, с чуть меньшим энтузиазмом. — Не желаете выпить?

— Благодарю, возможно, позже.

Эмилирион вышел на улицу и побрел по указанному маршруту.

Примерно через десять минут неспешной прогулки он наткнулся на парикмахерскую. Как и говорил трактирщик, на здании весела вывеска с ножницами, через чур похожими на земные. Эмилирион начал сравнивать остальные атрибуты этого мира и понял, что между двумя цивилизациями очень много общего. Икар даже предположил, что оба мира были созданы по одним лекалам, а затем пошли разными путями.

В парикмахерской находился лишь один альсид — её владелец. Мужчина встретил обросшего гостя с почтением и усадил в кресло.

— Вижу вы давно не бывали в подобных заведениях? — спросил он, ощупывая непричёсанные локоны Эмилириона, доросшие к тому времени до плеч.

— К сожалению, да. Я бы хотел подстричься и сбрить бороду.

— Какую стрижку желаете? Я у нас огромный выбор причёсок… — парикмахер направился к столику, на котором лежали портреты мужчин и женщин.

— Не стоит утруждаться, — начал Эмилирион. — Просто оставьте вот такую длину. — Он показал пальцами двух сантиметровый отрезок.

— Как вам будет угодно. — Мужчина руками намочил его волосы и принялся работать ножницами и бритвой.