Шрифт:
– Бедная Аленкина попа!
– воскликнул Мирон.
– Такую попу надо беречь.
Мама смутилась, полюбовалась тем, как я лопаю яблоки, а потом снова продолжила рассказывать Мирону подробности моих детских злоключений. Он был внимательным слушателем, так что узнал и о том, как я в два года съела мамину пудру, и о том, как в три я разрисовала обои красным несмываемым маркером, и о многих других моих похождениях.
Когда мамин энтузиазм начал угасать, Мирон вскочил и заявил, что нам пора. Это было очень вовремя. По глазам мамы я видела, что первый шок прошел и она готова к расспросам.
– А как же Денис?
– тихонько спросила мама, когда мы уже были в прихожей.
Мирон, весь вечер державший уши востро, конечно, услышал.
– А Денис козел, - выдал он.
– Аленка застала его с другой. Пришлось начистить ему морду.
Мама смотрела на Мирона чуть ли не с благоговением.
Я не могла поверить, что новость о ребенке проскочила так легко.
А Мирон выглядел довольным, как кот в сметане.
Он что, не понимает, что все запутал? Мама теперь думает, что он отец моего ребенка! Хотя этот хитрец ни разу не сказал этого прямо.
***
Мирон
На обратном пути Аленка уснула. Бедняжка, столько волнений! Но, надеюсь, мне удалось сгладить углы. Скандалов и истерик не было.
Теперь мама Аленки знает, кто я такой.
Аленка, правда, пока не в курсе… но скоро я ей скажу. Надо только еще немного ее приручить.
Не доезжая до города, я по привычке свернул на дорогу, ведущую в коттеджный поселок. Очнулся уже на своей улице.
Блин! Куда я приехал! Надо теперь разворачиваться и пилить обратно. Хотя… Может, раз уж так сложилось, пора показать Аленке мое жилище?
Я подъехал к дому, нажал кнопку на пульте, ворота разъехались. Я припарковался, вышел из машины. Аленка все еще спала. Тогда я распахнул дверь дома, взял Аленку на руки и занес вовнутрь. Опустил на диван в гостиной, укрыл пледом. И сел на пол рядом.
Глава 12
***
Алена
Я проснулась, перевернулась на другой бок… что-то не то. Слишком мягко во всех смыслах. Я почти провалилась в кровать!
Открыв глаза, я увидела, что нахожусь в просторной комнате с окнами в пол. За окнами зеленая лужайка, залитая солнечным светом, в комнате - пара диванов, на одном из которых я и лежу. На полу перед диваном - ковер вроде шкуры.
А на этой шкуре, растянувшись во весь свой немаленький рост и положив под голову диванную подушку, спит Мирон Александрович. Мой босс. И, по совместительству, наверняка маньяк.
Куда он меня завез и что собирается со мной делать?
Мысли понеслись бешеным вихрем. Он извращенец и ему нравится развлекаться с беременными. Он подпольный продавец органов и хочет забрать моего будущего ребенка. Он людоед и собирается нарубить из меня отбивных...
Я резко села. К горлу подкатила тошнота.
Черт. Надо уносить ноги, а мне придется искать в этом логове маньяка ванную комнату!
Я поднялась. Собиралась аккуратно переступить через спящего Мирона. Но подступающие рвотные позывы заставили меня действовать хаотично. Кажется, я наступила на какую-то часть его тела, он завозился, я споткнулась и упала на него.
– Аленка, - произнес он с радостной улыбкой, распахнув сонные глаза.
От испуга меня даже перестало тошнить.
Я лежала на нем, он крепко держал меня своими огромными лапищами. Но самое страшное - я чувствовала, как подо мной растет и поднимается огромный гриб. Он реально огромный! Совсем как у того брутального качка, отца моего будущего ребенка.
– Отпустите меня, - пискнула я.
– Пожалуйста.
Мирон нехотя разжал лапы. Я вскочила, и, пока поднималась, нечаянно заехала коленом по его грибу. Чуть не снесла шляпку.
Мой босс резко сел и скривился, прикрыв руками пах.
– Доброе утро, - сдавленно произнес он.
– Извините, - пролепетала я. И, осмелев, спросила: - Где я? Что происходит? Это похищение?
– Фантазерка ты, Аленка, - вздохнул он.
И начал подниматься с пола. Я непроизвольно попятилась назад, наткнулась на диван, плюхнулась на него.
– Ты меня боишься, что ли?
– удивленно спросило это огромное лохматое чудище с помятой щекой.
Волосы у Мирона торчали в разные стороны, на лице за ночь появилась легкая щетина. Глаза были сонные, а на щеке отпечатались складки то ли подушки, то ли ковра.