Я смотрел ей вслед, гадая, не совершил ли только что самую большую ошибку в своей жизни. Надеюсь, она догадывается, что это всего лишь подарок на день рождения, без всякого потаённого смысла? Но, когда увидел, как она надела цепочку на шею, и необузданную радость в её глазах, внезапно осознал, что Адель значит для меня больше, чем кто-либо другой в мире. Если бы я мог её видеть такой счастливой каждый день, то тоже был бы счастлив.

Девушка обернулась, ожерелье висело у неё на шее, и её улыбка нисколько не померкла. Каплевидный сердечник покоился прямо под ключицей и мерцал в свете фонаря.

– Как смотрится на мне? – спросила она, подходя и слегка наклоняясь, чтобы было лучше видно.

– Безумно красиво!

***

– Ну и как, по-твоему, мы туда попадем? – спросила Адель, теребя ожерелье, подаренное накануне вечером.

Был полдень, и мы вдвоём наблюдали за дворцом с крыши соседнего здания. Люди входили и выходили, но всех тщательно досматривала стража. Каждый должен был предъявить пачку бумаг, затем перстень с печаткой, и, наконец, лейтенант гвардейцев должен был лично досмотреть их. Скорее всего, он использовал на них какое-то умение, поскольку я наблюдал голубую вспышку ауры, вокруг тех, кто подвергался проверке.

Адель предположила, что командир имеет дар прорицателя, того кто владеет способностью распознавать ложь и определять ранг и способности. С таким уровнем безопасности невозможно проникнуть через главный вход, поэтому очевидно нужно искать обходные пути.

– Крыша – оптимальный вариант для нас, – прошептал я, слегка подвинувшись к ней ближе и указывая на маленькое окошко в одной из башенок. Но не известно, используют ли они что-то вроде барьера.

– Можно ли его обойти? – спросила Адель. – Вспомни, даже тогда умение работало, а с тех пор ты обуздал иную энергию. Может, сможешь противостоять ей?

– Надо проверить.

– Что?

– Собираюсь проверить, смогу ли сделать это или нет. Если получится дотянуться до окна, значит, придумаем как быть дальше. А если нет, думаю, смогу скрыться и уцелеть.

– А как насчёт стражи?

– Благодаря прозрению вижу нескольких, и совершенно уверен, что смогу увернуться от них всех.

– Ты видишь что-нибудь за окном? – спросила подруга, нервно покусывая нижнюю губу.

– Вокруг всего дворца есть широкий круг заградительных чар, но думаю я способен обойти их, плетения выглядят старыми. Никому в здравом уме не придёт нападать или проникать во дворец.

Адель кивнула, понимая, что меня ей не переубедить.

– Ты хотя бы дождёшься темноты? Меньше шансов быть замеченным.

– И ежу понятно, могла бы и не говорить.

Мы сидели на крыше, пока солнце двигалось по небу, обсуждая, в каком направлении пойдём потом, обретя искомое. Не известно конечно, куда нас закинут дальнейшие поиски и получим ли мы ответы на свои вопросы, а пока я предлагал идти на север, так как это был самый быстрый путь из земель подвластным кланам. Адель хотела отправиться на юг, вспоминая россказни из далекого детства о сказочных землях в той стороне. В любом случае нас впереди ждали сотни лет, так что мы не слишком волновались.

Когда солнце наконец село, встал со своего места рядом с ней и с силой потянулся.

– Если успею, то вернусь через минут пять-десять. Если этого не случится – беги.

Она кивнула, и я скользнул вниз, через несколько секунд исчезнув из вида.

– Всё чисто, – сказал вернувшись и подходя к ней.

Она была слишком рассеяна, и словно не слышала, наблюдая за фигурами внизу. Я проследил за её взглядом. В мерцающем свете факелов во внутреннем дворе стояла карета, стилем похожая на те, которыми пользовалась знать нугатры. Вот проверяли подорожные документы, затем один показал перстень, вот перед лейтенантом выстроилось пять человек.

– Что случилось?

Адель резко вскинула голову, стоило положить руку ей на плечи.

– Мой отец там, внизу. Вместе с тётей.

Заметил, что Адель дрожит всем телом. Был ли это страх, гнев или смесь того и другого, не понятно. Переведя взгляд на повозку, воспользовался прозрением, чтобы понять, насколько они сильны. Сосредоточился на графе и женщине рядом с ним, которая, видимо, его сестра.

– Твоя тётя – санкари тридцать восьмого ранга, а отец, точно сказать не могу: выше сорокового, но меньше сорок пятого.

– Он сорок третьего ранга, – подтвердила Адель тихим голосом. – так и знала, что он будет здесь, и тем не менее в глубине души желала ошибиться.

– Не переживай, – приобнял её за плечи, – мы здесь только для того, чтобы раздобыть информацию о разрушенном городе, и потом сразу исчезнем.

Адель глубоко вздохнула и отвернулась от родни. Тяжело понять терзания и сомнения подруги, несмотря на ненависть, внизу её отец. Про своего я уже крепко сомневаюсь, а Эгина, та, что наверняка заботилась и воспитывала меня, в итоге бросила и стёрла даже память о себе.