Да, порой я бываю параноиком, однако в нынешней ситуации неясно чего и откуда ждать. Поэтому буду учиться как проклятый, уверен — оно окупится.

Задумавшись, я свернул за угол и врезался в какую-то девушку, шедшую навстречу. Она ахнула и едва не упала, но, повинуясь непонятно откуда взявшимся рефлексам, я схватил её за руку и удержал.

— Прошу прощения, — извинился я. Взглянул в лицо незнакомке — и замер.

Передо мной была Валентина — девушка, которую я обнаружил мёртвой на пляже после внезапного пробуждения, и из-за которой, собственно, всё началось.

И как-то она совсем не походила на труп.

Я шагал по коридору, матерясь сквозь зубы. В носу хлюпало, во рту стоял стойкий привкус крови, а правая щека отдавала болью в голову, не прибавляя радости. Долбанная девка!

На поверку, она оказалась вовсе не Валентиной, а Оксаной — родной сестричкой убитой девушки. И, что занятно, знала меня в лицо, потому что, стоило мне извиниться — как тут же схлопотал хук левой. А затем и прямой в нос. После чего, бросив на меня яростный взгляд, девчонка, не стесняясь в выражениях, объяснила куда мне стоит пойти и как вылечить невнимательность. До конца я слушать не стал, спросил имя, получил не менее грубый ответ и удалился. Но кровь из носа бежать не переставала, а щека грозила опухнуть неслабо. Правда, если верить словам инструктора Григорьевой, регенерация у меня сейчас в разы лучше, чем прежде, к завтрашнему утру всё заживёт.

Но день ведь только начался!

Подумав, я развернулся и отправился в медкабинет. По счастью, там не оказалось никого, кроме давешней докторши, а то, уверен, сразу разнеслись бы слухи по всей базе.

Девушка, увидев меня, ничуть не удивилась.

— Что, со стеной повстречался?

— Типа того. Поможете кровь остановить?

Она хмыкнула, достала из шкафчика вату, ловко скатала в маленькие трубочки, сунула мне в нос. Затем, силой усадив на стул, осмотрела щёку.

— Хороший был удар, — тихо заметила доктор. — Бил не новичок. С кем ты так?

— Привет из недавнего прошлого, — поморщился я, едва её нежные, казалось бы, пальчики надавили на синяк. Девушка охнула, подалась вперёд, коснулась места удара губами. Я изумлённо отпрянул. Она же, рассмеявшись, невозмутимо вернулась в кресло.

— Орлова, значит.

— Похоже, вся база в курсе, — проворчал я. Доктор пожала плечами.

— Не вся, только администрация и те, кому знать положено. Во избежание. Как ни крути, а ты — необычный курсант.

— Кто знает, — не стал я развивать эту тему. — Странная девчонка. Я ведь извинился, а вместо ответа — кулак в лицо. Не по-женски это, мне кажется.

Девушка рассмеялась.

— Ну, сам посуди: ей известно, что ты, вероятнее всего, убил её сестру. Как бы ты поступил на её месте?

— Прикончил бы урода, — подумав, сказал я.

— Вот и ответ. Но по уставу корпуса она не может так поступить, поэтому ты отделался лишь ушибами. Повезло.

Я покачал головой. Достал затычки из носа, убедился, что кровь перестала бежать, с наслаждением вдохнул полной грудью.

— Синяк, увы, будет, — расстроила меня доктор. — Но ввиду твоей исключительности, заживёт быстро и расползётся не так сильно, как мог бы у обычного человека. Радуйся.

— Ура, — вяло откликнулся я. Она фыркнула, невзначай коснулась верхней пуговицы халата.

— Привыкнешь. И, кстати, моё предложение ещё в силе.

— Помню, — с трудом выдавил я. — Мне пора.

Оказавшись в коридоре, шумно выдохнул. Какое-то излишне навязчивое приглашение. Не поверю, что для здоровья она не может себе найти кого-то поинтереснее среди выпускников или кураторов. Значит, за этим кокетством и флиртом кроется второе дно.

Надо проверить.

На обеде удалось столкнуться с Настей, которая мигом заметила налившийся тёмным синяк у меня на лице. Избежать допроса не вышло, пришлось рассказать. Как результат — из столовой в учебный класс мы шли вместе, и вид боевой малышки меня изрядно позабавил.

Большим плюсом стало то, что мы с Настей оказались в одной группе. Едва я пересёк порог кабинета — взгляды собравшихся мигом скрестились на мне.

— Вот и он, — широко улыбнувшись, сказал высокий здоровяк с короткой стрижкой и доброжелательностью во взгляде. Подойдя ко мне, он протянул руку. — Миша.

— Юра, — я пожал ладонь. Кроме нас и Миши в классе было ещё четверо: худощавый парень в круглых очках и с задумчивым выражением лица, на которого моё появление никакого эффекта не возымело; три симпатичных девушки, с крепкими спортивными фигурками в привычных уже нарядах. Лица, правда, простые, но запоминающиеся. И волосы разного цвета: рыжие, каштановые и серебристые.

Миша повернулся к ним, обвёл рукой.

— Это Дана, Ася и Марина. А справа — наш мозг, Илья.

— Рад познакомиться, — вежливо кивнул я, в ответ поймал заинтересованные взгляды девчат и благосклонные улыбки. — Мне казалось, группы здесь побольше.

— От семи до десяти человек, — подтвердил Миша. — Но десять редко бывает, в основном формируют компактнее. Чем меньше людей в группе, тем лучше взаимодействие.

— Понял. А что вообще за урок сейчас? — полюбопытствовал я.

— Групповая коммуникация, — ответила Настя.