— Значит, вы с Майей у нас «ботаники», — ухмыльнулся я. Девчонки переглянулись и наградили меня обиженными взглядами. — Шучу! Расслабьтесь, учиться — это круто и полезно. Тем более, здесь.

— Ну и в общем-то, среди кадетов сержант — это потолок. Выше подняться пока нельзя, а вот ниже — вполне, если завалишь хоть один тест, — объяснила Настя. — Я получила младшего сержанта полгода назад и пока удаётся держать планку. Но тяжело. Майя вообще монстр — она год с одним званием!

Блондинка смущённо улыбнулась.

— Вы обе молодцы, — похвалил я девчат. — Так, по кадетам мне всё ясно. А что насчёт администрации? Начальство, и всё такое.

— Над нами стоят кураторы, как правило, в звании капитана или майора, — сказала Майя. — Они занимаются всей группой целиком, и каждым в отдельности, составляют индивидуальные программы тренировок, отслеживают прогресс. Докладывают лично полковнику Лисицыну — он заведует всей учебной частью. Боевыми столкновениями и выпускниками корпуса — оперативниками и штабными, занимается подполковник Лебедев, Константин Леонидович. С ним мы почти не пересекаемся за время обучения, так, изредка может посетить лекции, поглядеть на группу, задать вопросы. Ну и возглавляет корпус генерал…

Настя пихнула Майю локтем, покосилась на меня.

— Сюрприз? — разочарованно вздохнул я. Миниатюрная брюнетка довольно кивнула.

— Он самый. Ничего, уверена, скоро ты встретишься с главой корпуса.

— Шпионы, блин, — фыркнул я. — Что ж, спасибо за экскурс. Буду должен. Кстати, а кадетам тоже платят?

— Стандартный оклад, считай, стипендия, — кивнула Настя. — Тридцать тысяч в месяц. На расходы хватает, но не больно много. У полноценных бойцов зарплата намного выше, но там и ответственность, риски, обязательства.

Я покивал, мысленно делая заметки. Что-то мне подсказывало: Александр Сергеевич не станет держать меня в учебке слишком долго. Прогонит через базовый курс за пару месяцев, научит пользоваться магией — и вперёд, ловить новоявленных чародеев. Недаром он ведь определил меня на курс молодого бойца, а не на полное обучение.

Посидев ещё немного, обсудив некоторые новости и послушав, о чём говорят другие, мы отправились к себе в кубрик. Девчонки полезли в душ, я же сел за рисование. Была у меня такая привычка — изображать переживания в виде скетчей на бумаге. Помогает разложить мысли по полочкам и сделать выводы.

Правда, сегодня рисунки не шли. Попыхтев над листом полчаса, я отложил карандаш и, вздохнув, пошёл спать. Видимо, мозгу и без того хватило впечатлений.

Едва коснувшись головой подушки, я вырубился.

Наутро, стоило умыться и позавтракать, как за мной пришла майор Григорьева. Столь же бесстрастная, они окинула взглядом опустевший кубрик — девчонки побежали на тренировку после завтрака — и остановилась на мне.

— Готов к началу трудовых будней, кадет?

— Всегда готов! — радостно воскликнул я, стукнув пятками и вытянувшись по струнке. Тренер неожиданно хмыкнула.

— Тогда идём, я заняла для нас целый зал.

Шагая рядом с ней в тренировочный блок, я спросил:

— Это чтобы никто не узнал раньше времени о том, что я маг?

— Сам всё понимаешь, — равнодушно отозвалась женщина. И протянула мне небольшой КПК. — Здесь всё необходимое для учёбы. Пользуйся.

— Благодарю, — я убрал гаджет в карман. Позже разберусь. — Какие планы?

— Тебе нужно научиться пользоваться своим источником, — сказала Мария Олеговна. — Черпать энергию, распределять её, выплескивать в различных формах. Думаю, сегодня займёмся пока первыми двумя пунктами.

— Я уже кое-что умею, — похвастался я, сформировав на ладони небольшой тёмный шарик. Тренер нахмурилась, но в глубине её глаз я разглядел удивление. Похоже, вот так жонглировать энергией ненормально для новичка. Учтём. Может, не стоит палиться? Пока что корпус не создавал мне проблем, но кто знает, что придумает полковник в дальнейшем. Думаю, если на чаше весов будут моя жизнь и благополучие корпуса, Александр Сергеевич выберет второе. И это нормально.

Надо стать полезным и сильным настолько, чтобы меня проще было взять в расчёт, чем устранить.

Мы прошли в тренировочный блок уже знакомой мне дорогой, но, на удивление, направились не в памятный зал, поделенный на сектора, а направо, к металлической двери, на вид весьма солидной и крепкой. Такую, пожалуй, разве что пластидом взрывать, и то не факт, что получится.

Майор Григорьева приложила свой пропуск к сканеру и, пикнув, дверь открылась. За ней оказался просторный зал раза в три меньше общего, но зато свободный. Выглядел он в целом также — покрытие на стенах и на полу, всё монолитно и качественно.