– Посмотри, там, в пакете должна быть моя спортивка, – сказал брат, не отвлекаясь от дороги, – простудишься еще. Мама меня потом убьет.

– Как предусмотрительно с его стороны взять с собой запасную одежду, – подумал я. – Он, наверное, часто ходит на такие вечеринки.

– Я вытащил спортивный костюм на два размера больше моего и уставился на брата.

– Не бойся, Молли не будет подглядывать, – подмигнул он через зеркало заднего вида.

– Обещаю, что не буду смеяться, – ответила та, улыбаясь.

Я кое-как переоделся и положил свои вещи в пакет. Выглядел я неуклюжее, чем в своей мокрой одежде.

– То, что надо. Элегантно, – оценил брат, – не в обиду этому слову. Ладно, не хмурься. Сейчас я тебя накормлю. Тут открылось отличное заведение, где делают невероятно аппетитную шаурму. Я вижу, что ты проголодался. Совсем обвис.

– Ура, – обрадовалась Молли, – что может быть лучше, чем обжираться ночью?

Она прильнула к губам брата. Я отвел взгляд. Молли заметила, что мне неудобно в положении третьего лишнего.

– Ты не обращай внимания. Он так шутит.

– Я-то лучше всех знаю, – ответил я.

– Лучше всех он знает только как не выходить из душа часами и качать бицепс, – вмешался снова брат. Краска залила мое лицо, но Молли это позабавило.

Заведение располагалось около набережной. Его окружало много молодых деревьев. Это был переделанный двадцатиметровый морской контейнер, цвета ржаного хлеба, с панорамным окном, который смотрел в сторону реки. Внутри было душно, хотя посетителей кроме нас не было. Мы решили сесть на улице. Нам организовали столик во дворе заведения. Молли попросила не приносить лампы, так как света фонарей вдоль набережной было достаточно. Мы заказали каждому по одной шаурме, и у Молли оказался самый большой кусок.

– Ты не смотри на мои размеры, я все осилю, – ответила она на мой удивленный взгляд.

Я рассмеялся. Мы молча приступили за поздний ужин. Я ел мало, хоть и умирал с голоду. Мне было немного неловко кушать в присутствии красивой девушки. А у нее аппетит был хороший. Судя по тому, как они без стеснения ели вместе и заботливо кормили друг друга, я предположил, что они уже довольно долгое время встречаются. Брат почему-то только сейчас решил нас познакомить. Раньше он редко что-либо скрывал от меня.

– Ну, Матрос, рассказывай, – Молли снова заговорила первой. Мне казалось, она смогла бы разговорить кого угодно своим непринужденным тоном.

– Что рассказывать?

– Не знаю. Например, почему твой брат зовет тебя Матросом?

– Это долгая история.

– Ничего, время у нас есть, – ответила она и многозначительно посмотрела на брата.

Брат залился румянцем. Его глаза словно сияли чем-то возвышенным, чего мне было не понять. На него сложно было смотреть без улыбки. Поймав мой взгляд, он снова стал серьезным.

– Рассказывай давай, – продолжила она, – я от тебя все равно не отстану.

Настойчивости ей было не занимать, и я бы не отвертелся простым объяснением. Ей нужна была вся история.

– Ладно, только взамен ты расскажешь мне свою историю.

– Договорились, – она решительно протянула мне свою руку, и я пожал ее.

– Как ты знаешь, мой брат… – начал я.

– Постой, – перебила она меня, – чувствую, будет интересно. Надо заказать чай.

Она заказала чайник марокканского чая, и не дала мне продолжить, пока не принесли ее заказ. Я начал свой рассказ:

"Итак. Как ты знаешь, брат является заядлым рыбаком. Он всегда им был. Ему посчастливилось больше времени провести с отцом, когда я был совсем маленьким. Брат ездил с ним на рыбалку каждые выходные и после этого полюбил плавать. Отец купил ему рыболовную удочку и научил ею пользоваться. Они сутками обсуждали море, разновидности морских и речных рыб, прогнозировали погоду, чтобы выбрать подходящий день для выхода в море. Я не понимал и половины того, о чем они говорили, и честно, иногда ревновал отца. Даже когда он покинул нас, брат продолжал плавать без него. Мог выйти в море, целыми сутками не приходить домой и возвращаться через пару дней с несколькими мешками рыбы. Сперва я думал, что он скучает по папе, и таким образом выражает свои чувства к нему."

– Ближе к сути, – прервал меня брат.

– Да что ты перебиваешь его, – вмешалась Молли. – очень интересно рассказывает.

Он ничего не ответил. Заметив его озлобленный взгляд, я напрягся. Если бы не было рядом Молли, я бы, наверное, сильно пожалел о сказанном. Он не любил мои разговоры о прошлом, особенно связанные с отцом, но я уже начал повествовать об этом, и к тому же Молли могла его успокоить, поэтому я продолжил:

"В общем, со временем я понял, что он по-настоящему полюбил море и жить без него больше не может. Мне было одиннадцать. Он тогда впервые взял меня с собой. На дворе стояла весна, и погода только успела затихнуть. Мама уехала на работу. Она тогда работала вахтовым методом, полмесяца была вдали от дома, и мы оставались одни. Брат целую зиму ждал рыболовного сезона, и когда день настал, ему не с кем было меня оставить. В то время я сходил с ума от фильмов про пиратов, но даже не мечтал, что когда-нибудь мне удастся выйти в открытое море. Представь себе мое удивление, когда брат ввалился в комнату со словами: “Собирай вещи, братишка. Сегодня ты поплывешь под моим командованием и будешь матросом у меня на корабле. Я научу тебя ловить рыбу и выживать на море."