До последнего мгновения оборотни не понимали, как смогут проехать экипажи и телега по дремучему лесу, но по мановению руки эльфа деревья приподняли свои корни и бодренько, как паучки на лапках, разошлись по сторонам, открывая взору гостей вполне ухоженную дорогу. Шерсть волков при виде такого зрелища встала дыбом, и невольный оскал привлёк внимание эльфийских воинов сверкающей белизной клыков.

Эмма в конце концов отказалась от образа волков-плохишей и позаботилась об их белоснежных улыбках, о свежем дыхании, идеальных когтях и поблёскивающей в солнечных лучах шерсти. Благодаря её усилиям даже встопорщившийся мех теперь смотрелся не угрожающе, а гармонично. Волки казались упитанными меховыми шариками со взглядом обалдевших от происходящего щенят, что вызывало у Эммы улыбку гордой матери.

Жар в это время сидел в виде волчонка в экипаже, он незаметно повернулся к Хладу так, чтобы брат тихонько снял с него большой бант, призванный внушить эльфам умиление. Эмма надеялась, что малыш побудет шпионом в эльфийском стане, но возложенная на него роль оказалась неподъёмной, и всё из-за огромного банта.

С нетерпением дождавшись остановки, Эмма вслед за детьми выпрыгнула из экипажа и по привычке потянулась, укоризненно покачав головой, когда заметила валяющуюся на полу экипажа синюю ленту.

Затёкшее тело просило движений, но окружающая природа заставила её замереть. Она попала в сказку! Быть может, американцев не удивишь гигантскими секвойями, но для Эммы деревья подобной высоты были чудом!

Находясь у их подножия, любой бы ощущал себя муравьишкой! Неудивительно, что множество троп было проложено высоко над землёй, и они соединяли этих гигантов между собою. Волшебного впечатления добавляли развешанные повсюду оранжевые фонарики, которые пока не горели, потому что ярко светило солнце. А ещё у эльфов, вопреки всем законам природы, царило лето!

На высоте, помимо множества мостиков, виднелись небольшие домишки или оформленные под дома дупла, но пройдя чуть дальше, стало понятно, что основное поселение всё же живёт на земле.

Гигантских деревьев было много, но не настолько, чтобы подавить расположившийся внизу обычный лес. Чуть переведя дух, Эмма разглядела, что эльфийские деревья отличаются от земных. Секвойи — это хвойники, а её окружают иные формы. Она подошла к упавшему листу, который уже немного подсох и скрутился, но его очертания отчётливо напоминали резной лист клёна. Этакая огромная тряпочка с глубокими разрезами.

Ещё немного повертев головой и тщательнее присмотревшись к Великому лесу, Эмма заметила много незнакомых ей деревьев, и вновь отметила, как когда-то в первые дни пребывания в этом мире, что всё здесь несколько крупнее. Даже знакомый плющ оказался настолько большим, что его веточки вполне могли послужить верёвкой для детских игр.

Встречающие делегацию эльфы были одеты в расписные кафтаны из лёгких тканей, под которыми прятались тонкие туники нежных цветов, или в облегающие штаны с лёгкой курткой. На лицах хозяев светились мягкие снисходительные улыбки, которые вызывали пушистые красавцы волки и маленькая, крутящая головой магичка.

Насупившиеся оборотни в человеческом образе и их грозный правитель заставляли встречающих подобраться, немного нервничая, покусывать губы и думать о том, какие слова они произносят. Поэтому для встречи с эльфами звериный облик подошел куда лучше. Слава Великому древу и спящему змею, что оборотни понимают человеческий язык!

Уже через час в центральный круг, где жил владыка Паргоэн, один за другим мчались вестники, рассказывающие подробности о необычных гостях.

Правитель Ратмир женился на дарованной небом магичке, и по её желанию не только усиливает, но и расширяет своё влияние. Первым из всех Великих лесов для налаживания отношений был выбран лес с тотемом спящего, а потому — мудрого — змея!

Маленькая жена грозного оборотня очень любопытна, вполне возможно, что она обладает долей магии очарования, потому что нельзя долго смотреть в её прекрасные медовые глаза и не поддаться обаянию, не испытать желания угождать ей.

А Эмма впервые чувствовала себя счастливой беззаботной попаданкой! Рядом с нею был муж, что придавало ей спокойствия, и она с детским восторгом впитывала в себя всё необычное и новое.

Гигантские деревья с листьями прихотливой формы, огромные яркие цветы, пёстрые дорожки из разноцветной щепы или камешков, красивая одежда, высокие статные эльфы с удивительно яркими глазами, изящные дома со множеством резных колонн и балкончиков, тысячи фонариков, певучий язык, ходящие древа у границы — всё было сказочно прекрасно!

Немалую долю хорошего настроения добавляло то, что она слышала и понимала местную речь, радовалась тому, как относятся к её волкам, к детям и к ней самой. Казалось её улыбка и смех зачаровывали эльфов! Они тянулись к ней, старались удивить ещё больше, показать самое ценное и насладиться её реакцией.

Но вскоре небольшая передышка в поселении на окраине закончилась, и их кортеж вновь двинулся вперёд, вглубь леса к владыке Паргоэну. А Эмма делилась с Ратмиром рассуждениями о том, что высокомерие эльфов оказалось таким же наносным, как у островитян.