— Ты не рада меня видеть?

Ликан всё еще стоит вдалеке и в окружающем тумане я вижу лишь его силуэт. Высокий, стройный, молодой мужчина в плаще с непокрытой головой.

— Отчего же. Я знала, что ты придёшь. Ты же в связке.

Пока…

А в ответ раздался тихий смех, от которого по телу прошла дрожь.

— Всё еще не отказалась от мысли избавиться от меня, Айвири?

— Я предупреждала тебя.

Ох, Лаари, поскорее бы все закончилось.

Резкое движение и Блейн вдруг оказался рядом так близко, что я могла рассмотреть себя в отражении его глаз.

Вздрогнула, дёрнулась и села на диванчике, открывая глаза и тяжело дыша.

Не могу… не хочу…

Но это не помогло. Да, видеть его я перестала, но слышать нет, как и чувствовать. А в небольшом зале под землёй я была совсем одна. И с этим ничего нельзя было поделать.

— Быстро же ты сдалась, — раздался насмешливый голос у меня в голове.

— Прекрати.

— Я тебя раздражаю.

— И тебе это нравится.

Несколько секунд молчания, словно Блейн собирался с мыслями, пытаясь найти правильный ответ на моё высказывание.

— Мне нравится всё, что с тобой связано.

И предательское сердце ойкнуло на эти слова. Хотя и не должно было.

— Это неправильно, — сжимая кулаки, ответила я, смотря перед собой.

— Почему? Потому что ты нравишься моему лучшему другу или потому, что ты послушница?

Каждое его слово и фраза слишком ярко действовали на меня. А так нельзя. Надо взять себя в руки и действовать. Отстраниться от всего и погрузиться в работу, воспринимая мужчину как одного из остальных. Не больше и не меньше. Я у каждого находила тайны и секреты, значит и здесь смогу.

Проигнорировав его вопросы, я легла на диванчик и закрыла глаза.

Блейн тут же появился перед внутренним взором. Красивый, яркий, с кривой улыбкой на губах.

— И снова здравствуй.

Издевается, специально провоцирует. И ведь не случайно. Это защитная реакция, дающая ему возможность спрятаться еще глубже, погрязнув в своих страданиях.

Я молчала, продолжая вглядываться в черты его лица, пытаясь узнать, что там, за ними. Что он скрывает за бравадой и едкими словечками.

Ответ нашелся не сразу, но и сдаваться просто так я не собиралась.

Нащупала слабину и ударила. Сразу, без подготовки и из последних сил.

Боль, страх… обречённость.

Он всегда был одним из лучших. Всегда впереди. Старший сын правой руки антура. Лучший друг одного из наследников, с которым вырос вместе. Они были похожи и в то же время такие разные. Спокойный и уверенный в себе Итан, который с рождения привык сдерживать свои эмоции и чувства, всегда руководствуясь лишь разумом и фактами. И яркий, импульсивный Блейн.

Сильный, смелый, пользующийся успехом у молодых девушек. Сколько же их было, не сосчитать. Ярких, жарких, влюбленных, с готовностью отдать подарить тепло своего тела великому воину.

Я видела их мельком. Целый хоровод пронесся перед глазами. И ни одно не смогло затронуть сердца. Никогда.

И та вылазка была самой обыкновенной, конец года, демоны традиционно отступали и ничего серьёзного не ожидалось. Именно поэтому расслабился, оступился… проиграл.

А ведь Итан настаивал, просил быть внимательнее. Лучший друг всегда был настороже. Всегда и везде.

Огромный белый хищник, так похожий на большую, зубастую кошку, только полосатую, застыл на заснеженной поляне. Серые глаза пристально всматривались в лес, уши на макушке пару раз дёрнулись и замерли.

— Тихо, — едва слышно прорычал он, припадая на лапы.

Но кто его слышал.

— Всё тихо, спокойно, — рассмеялся Блейн, принявший облик огромного белого волка. — Заканчиваем обзор и возвращаемся за завесу.

— Что-то тут нечисто.

— Брось, ты вечно всё усложняешь.

Не подчинился старшему, расслабился, не заметил угрозу. И едва не умер. Но не это главное. Из-за него и только из-за него погиб Наяз.

Молодой паренёк, обаятельный и веселый. Именно он был рядом, именно он первым кинулся наперерез, закрывая друга. И погиб, сраженный ледяными стрелами…

— Ты не виноват, — прошептала тихо.

— Виноват.

— Ты не мог знать всего.

— Но я должен был. Нельзя расслабляться. Никогда. Это одно из главных правил.

— И что теперь? Ты решил убить себя за это? За Наяза? Думаешь, ему это надо? — жестко спросила я.

После увиденного я могла относиться к ликану иначе. Отбросила свои чувства на задний план, снова став послушницей, основанная задача которой спасать и утешать.