Лонгсдейл присел на корточки и провел ладонями по слою льда, под которым виднелось тело. Пес методично обнюхивал труп. Бреннон наклонился ниже.

— На вид костюм из дорогих. Наверняка от портного, не из лавки готового платья. Рука деформирована. Смахивает на перелом при падении.

— Заморожен часа три назад, — сказал консультант. Пес пофыркал на тело и ткнул комиссара лапой. Натан опустился на колено, чтобы разглядеть находку Здоровяка.

— Гляньте–ка!

Лонгсдейл придвинулся к комиссару.

— Что это такое?

Усопший лежал лицом вниз, как и прочие жертвы. Однако из–под живота змеей высовывалась оборванная алая лента, на которой что–то блестело. Бреннон склонил голову набок.

— Похоже на медаль или какой–то клубный значок. Кто это, по–вашему?

— Отец ребенка, — сказал Лонгсдейл. Натан поднялся и отошел от тела. Дыхание вырывалось сквозь зубы облачками пара. Ему удалось справится с приступом гнева как раз тогда, когда консультант осторожно коснулся его плеча.

— Ну? — процедил Бреннон.

— Простите, — тихо сказал консультант. — Я его упустил.

Натан смерил его тяжелым взглядом. Вид ему не понравился.

— Валите домой. Выспитесь, поешьте, примите ванну. Все равно пока мы не выпилим тело, вам тут делать нечего.

— Нет, я в порядке, я смогу…

— Угу. Прям настоящий упырь, ничем не хуже этого… утбурда. Чем вы, черт возьми, занимались всю ночь?

— Выслеживал, — Лонгсдейл потер лицо руками и невнятно пробормотал из–под них: — Он знает, от кого надо прятаться.

Пес утешительно потыкался мордой ему в колено, и консультант машинально потрепал его по загривку. Бреннон еще раз изучил открывшееся ему лицо Лонгсдейла и жестом подозвал полицейского:

— Коннел, загрузи этого жентмуна в экипаж и отправь по месту доставки. Дом восемьдесят шесть, Роксвилл–стрит. Дворецкому передай, чтоб не выпускал его из–под надзора, пока не проспится.

— Слушаюсь, сэр! Прошу за мной, сэр.

Лонгсдейл невесело улыбнулся.

— Позовите, когда нужно будет его разморозить.

— Угу…

Пес затрусил к экипажу, и консультант двинулся следом. Бреннон достал из кармана лупу и снова опустился около трупа на корточки.

Комиссар вышел из департамента, уткнувшись в отчеты своих детективов. Тщательнее всех пришлось работать Галлахеру, но в итоге Бреннон получил расписанный почти по минутам последний день отца Тайна, с указанием, какие свидетели давали показания. Самое пристальное внимание Натана привлекла отметка: «Около часу дня. Беседовал с женщиной. По предположению м-ра Хейза, это была молодая мать — в руках у нее был сверток, похожий на запеленатого ребенка. Потом м-ра Хейза позвали в ризницу. Вернувшись, не обнаружил ни о. Т., ни женщины». Бреннон нырнул в кафе миссис ван Аллен, заказал обед и тут же на столе набросал карандашом распоряжение — найти и допросить мистера Хейза насчет этой особы.

«Не женщина, а какой–то призрак, черт ее возьми!» — мрачно думал Бреннон. Они уже могли описать все ее передвижения от родов до утопления младенца, но даже на шаг не приблизились к ее личности. Кстати…

— Вот, — Натан сунул парню, который принес поднос, портрет незнакомки, — видал такую?

— Нет, сэр.

— Так покажи всем остальным и хозяйке тоже. Если кто видел хоть краем глаза — пусть сообщит.

— Да, сэр.

Натан впился в мягкую булку с тмином и придвинул к себе отчет Двайера. Все как один жители квартала, где обитала семья Мерфи, в ту ночь почувствовали страх, тревогу или тоску, а кое–кто слышал и звон. Но никому не пришло в голову идти на зов.

«Пивовар оказался самым восприимчивым, — подумал Натан, — или же тварь звала именно его. Но зачем? Вот вопрос…»

Со всеми жертвами, кроме Мерфи, утбурд успел встретиться при жизни. Либо пивовар стал случайной жертвой, либо они чего–то о нем не знают. Либо — тут Бреннон хмыкнул — женушка и впрямь спровадила осточертевшего супруга на мороз, а там удачно повернулся утбурд.

Сестра отца Тайна подтвердила, что у ее брата была старая Библия, которую он бережно хранил, поскольку привез из паломничества; однако разыскать книгу Ригану пока не удалось.

«Странно, крест оказался просто не заморожен, а Библию утбурд отшвырнул, — Бреннон перешел к рагу с крольчатиной. — Надо спросить у Лонгсдейла, в чем тут разница».

Изыскания в архивах Натан прекратил. Ему уже было ясно, что это делу не поможет: никто не подавал заявления о пропаже беременной белокурой женщины. Маккарти тоже в полицию не обращался.

«Разве что пятая жертва куда выведет…»

Бреннон положил деньги на стол, собрал документы и накинул пальто. Он собирался к Лонгсдейлу, прояснить вопрос–другой. А заодно мимоходом поинтересоваться (не то что бы комиссар верил в эту хрень), нельзя ли разыскать эту женщину каким–нибудь способом вроде тех, которыми пользуются фэйри из холмов.