— Где Джилл? — я не мог слушать его паскудные напевы.

— И правда, где она? Ты же её сюда не привёл, а зря. Может смог бы снова оберегать, а теперь не выйдет.

— Где она?! — с нажимом процедил я.

— Я продал её Видалю, помнишь? Но она жестоко покосила его бизнес, неблагодарная. Вот и должна расплатиться, как положено. Серхио очень обижен на неё. А я не мог отказать старому приятелю. Пусть хотя бы он расплатиться с ней, раз ты не в состоянии.

— Когда-нибудь, хоть раз, хотя бы на одну секундочку, но мои руки освободятся и тогда в них окажется твой раздробленный хребет.

— С этим спорить можно вечно. В канистру его!

Глаза стоящей неподалеку от него Сисилии в ужасе расширились.

— Марселу! — вскрикнула Сисилия, подавшись вперёд.

— Молчать! — грубо рявкнул он на неё и, кивнул двоим своим головорезам. Племянницу скрутили и вывели из кабинета…

Меня выволокли на пустырь. В адову бочку, в которой погибло на моём счету около полусотни рабов.

Высоченная канистра на самом возвышенном месте рабочего пустыря. В неё сажали полуголого пленника на несколько суток и лишь слегка поливали водой, но только для того, чтобы жестокое солнце сильней выжгло ему кожу, а металл настойчиво допекал оплавленную плоть.

Ослабленные рабы умирали, не дождавшись часа освобождения. Мне же не пророчили скорую гибель.

КАСТЕР

Камилла сдержала обещание. Через полчаса к нам подсела грудастая рыжеволосая девушка.

— Вижу, гости особенные, — эротично провела пальчиком по моему плечу. Ей явно нравилось, что она видит.

Андрес запустил всё своё мужское обаяние, работая за двоих. Венера заказала самый дорогой коктейль и мило беседовала.

Наконец, Андрес отлучился на откупные и позже вернулся. Девушка прошествовала с нами в верхние комнаты клуба.

Интим в номере был создан на высоком уровне. Тёмные бархатные портьеры. Черный диван с красными прошивками, полированная мебель из красного дуба.

Венера легким сексуальным взмахом рук провела ладонями по нашим членам. Я охнул от неожиданности, а Андрес даже не повёл бровью. Зато моментально перешел в игру. Придушил её слегка за шею и подтолкнул к дивану.

— Любишь подчинять? — проститутка облизнулась, покорно отступая к ложу. Но сексуальное удовлетворение получить ей было несужденно. Андрес, грубо впечатал её в диван лицом вниз, больно скрутил руки на спине.

— Эй, придурок! На жесткач другая оплата, — недовольно попыталась увернуться.

— Энрике Навако твой постоянный клиент, — начал я без лишних нюансов.

— Кто?! Урод, пусти! — Венера зло завертелась в хватке Андреса.

— Твой клиент причастен к похищениям и связан с картелями, — продолжал я. — Предлагаем пока быть свидетелем в этом деле, а не соучастником.

— Покажи удостоверение, козёл! — на что Катейру рьяней вдавил её в обшивку. — Больно! Хорошо… Он лишь всегда просит стриптиза, больше ничего, — прошипела девушка, в очередной раз дёрнувшись в руках мужчины.

— Ничего?! — Андрес просто не мог помалкивать.

— Он приходит сюда, в клуб? — задал я следующий вопрос.

— Я отвечу, если этот урод с меня слезет, — прошипела она.

— Ага, ты тут же сиганёшь в дверь, — Катейру усмехнулся.

— Отпусти её, — я почему-то верил, что не уйдет.

— Уверен? Я уже вижу как ты бежишь за ней… прихрамывая.

— Андрес, убери от неё руки, — повторил с нажимом.

— Хорошо, как знаешь, — он отпустил её, поднявшись.

Венера села на диване, поправляя выскочившую из лифа грудь. Зло глянула на Катейру.

— Он заказывает меня себе на квартиру. — Я назвал адрес, но девушка мотнула головой и огласила другой. — В старом районе, да и дом не элитного класса, — она поморщилась.

Многозначительный взгляд Андреса.

— Давно он пользовался услугой?

— Не очень. Меньше недели назад.

— Спасибо, — вопросов у меня больше не было. — Прости, за грубость.

— Да, ладно, ей по-любому понравилось, — хихикнул мексиканец.

— Foda-se voc^e! (Пошёл нахрен!) — прошипела проститутка.

— Buraco sujo! (Грязная дырка!) — рыкнул в ответ мужчина.

— Идём же! — уличив начало перепалки двух, по сути, коллег, подтолкнул Андреса к выходу.

Покинув номер, не сговариваясь, устремились к предположительному месту нахождения Навако.

Квартира действительно была в неблагополучном районе города. В подъезде слышны были голоса жильцов. Ругань мексиканских домохозяек. Детские вопли и смех.

— На пятом, — высчитал я по номерам квартир.

Сверху вприпрыжку спускался паренёк-подросток.