В палату вошла женщина-врач.

— Сеньор Катейру? — поднялся, быстро отгоняя воду из глаз, надавил на переносицу, тяжело вдохнув.

— Да, здравствуйте.

— Я лечащий врач вашей матери Сандра Жильдосо. Рада, что вы, наконец, объявились. Здесь была ваша девушка, но и она куда-то исчезла.

— Я был в командировке, — невинно соврал.

— Понятно. Вчера мы провели первый курс химиотерапии. Но сердце пациентки оказалось слишком слабым, потому лечение мы вынуждены приостановить.

— Ей нужна операция? — в замешательстве глядел на неё.

— Просто необходима. Мы можем предложить вам своего кардиохиурга.

— Да, спасибо. Я понял, — рой мыслей обуревал мою голову. Вспомнились слова Мерси, что моя мама просто хочет уйти. — Это сложная операция?

— Шунтирование, — кивнула врач.

— Можно мне обдумать всё? — ком в горле мешал говорить.

— Сеньор, вы не понимаете, — врач настойчиво смотрела на меня.

— Я понял, спасибо, доктор Жильдосо, — пусть уйдёт.

Она сдалась и вышла из палаты. Опустил голову на край кровати, замер. Всё не вовремя, абсолютно всё.

Волос коснулась слабая ладошка. Тут же поднял взгляд на маму, взял её руку.

" Всё хорошо, сыночек" — прочёл в этих выцветших глазах.

— Мам, я облажался, — теперь проклятые слёзы полились по щекам. — Я хотел помочь тебе… Хотел, чтобы ты побыла с нами ещё дольше. Чёрт! Но я не смог пройти мимо несправедливости. Ты учила всегда делать правильный выбор. И я выбрал. Впервые, выбрал не тебя. Прости меня, мам… умоляю прости. Я придумаю ещё, что-нибудь. Без жертв. Только для тебя.

" Не плачь, родной! Я знаю. Ты сделал всё правильно. Ты, моё солнышко" — снова тёплый немой ответ, бесполезное шевеление губ.

— Я люблю тебя, мамочка. Очень люблю, — зарылся носом в её ладонь и замер.

Мы пробыли в больнице ещё три часа. Кастер, который больше прогуливался по коридорам, проголодался и ушёл в буфет. В палате появилась медсестра.

Я поднялся, чтобы уйти. Глядеть за туалетом мамы мне всегда было сложно и неловко. Лучше оставлю это профессионалам.

— Её нужно будет перевернуть. Вы не могли бы мне помочь, — пожилая медсестра, миролюбиво смотрела на меня.

Да, конечно. Я вернулся. Помог приподнять больную, но в эту долю секунды в шею вошла игла.

— Ах, ты сука! — я отлетел от кровати, но поршень уже вогнал что-то в меня. Ноги тут же подкосили к полу. — Кастер…

Картинка стремительно ушла в темноту.

ЧЕЙЗ

Сисилия обработала спину знакомой мне мазью, разместила в одной из комнат. Прохладный воздух от кондиционера постепенно возвращал меня к жизни.

Она достала из бара бутылку виски, разлила по стаканам. Посмотрел на карамельного цвета напиток, вспомнил его терпкий вкус. Хулио его любил пить каждый свой тяжёлый вечер.

— Нет, спасибо, — отверг стакан. — Лучше просто воды.

Кивнула и протянула мне бутыль с прозрачной жидкостью.

— Почему сразу не свергла Лиму? — только это мне пока не ясно.

— Когда он привёз меня сюда, то пообещал, что отдаст картель в твои руки, лишь при условии, что ты убьёшь девушку. Он считал её помехой для нас. Папа застрелился из-за неё, а ты был в бегах. Я же просто ждала встречи со своим дядей. Но счастливого воссоединения не получилось, — горько усмехнулась. — Ты разозлил Марселу, обидел меня. Самолично сел в амбар. Я всё ждала, что ты одумаешься, но когда привезли Джилл, поняла, что не откажешься от неё. Никогда. Только потому что очень любишь, — снова смешок. — Стало страшно за тебя, была уверена, что и тебя она погубит, как папу. Но больше наблюдая за вами, видела, что и она неравнодушна к тебе, хоть и боялась. Нам женщинам виднее. Дальше всё было просто полным идиотизмом со стороны Лимы. Какой-то старческий маразм. Холера полностью раскрыла его сущность. Он позволял людям умирать, даже нашим. Даже Сэму, — она замерла, словно вспоминая прошлые события. — Его люди начали бунтовать и рано или поздно Лиму убили бы вместе со мной. Мне нужно было что-то придумать.

— И ты решила отдать лидерство мне? — я горько усмехнулся, отпил воду из бутылки. — А с чего ты взяла, что я тебя теперь не грохну?

— Я не враг тебе. И всегда пыталась помочь. Даже следила за Габриель, чтобы псы Лимы не изнасиловали или не убили девочку, в твоё отсутствие. Болезнь сломала все.

Я умолк. Мне тяжело было слушать о малышке из её уст.

— Помолчи, — попросил я. Она сцепила зубы, глуша обиду. — Ты знала, что Джилл попадёт к Видалю?

— Нет, — она не врала. — Я посоветовала Лиме пленить Мерседес, девушку Андреса в качестве разменной монеты. Но тащить её сюда было опасно из-за холеры. Как никак, но её смерть была бы против картеля, так как мы уже взяли ответственность на себя. Серхио предложил своё укрытие, так как тоже хотел отомстить своему бывшему порноактёру. Но, видимо, Марселу договорился с ним и об остальном. Оставив девушку одну в том доме, ты сам толкнул её в лапы Видаля.

— Надо же, — теперь усмехнулся я. — Ты сейчас меня виноватым сделала. Серхио способен на убийство?

Она повела плечами.

— Не любитель, но да. Может, если сильно захочет или будет вынужден.

— Знаешь, где он держит девушек?

Сисилия кивнула, но затем, напряженно выдохнув, покачала головой:

— Чейз, за стенами картеля, тебя ждёт тюрьма и смертный приговор. Ты здесь защищен. Полиция сама сможет найти девушек. Дадим им наводку…

— Бред не неси, — резко оборвал её. — Ни одна коповская рожа и на дюйм не сдвинулась в поиске Джилл, когда она была здесь. Сидеть тут как трус, я не буду.