— Перепугала ты нас до смерти, — хихикнул я.

Она улыбалась, но в глазах явственно отражалось беспокойство и надежда.

— А Чейз? Он был в том доме…

Тут я опустил голову. Мне было сложно это говорить, как бы раньше я не репетировал, не тренировался, но сказать ей о нём язык не поворачивался.

Кастер в этом деле оказался сильней:

— Его здесь нет, Джилл.

— Его… его, — произнести свою догадку ей уже мешали дрожь и слёзы, накатившиеся на глаза, — арестовали?

— Да.

Она выскользнула из его руки, сжала ладони в кулаки, героически принимая в себя новый удар судьбы.

— Джилл, послушай, — Майерс настойчиво взял её снова за руку, заботливо заглянул ей в глаза, — работа будет не лёгкой, тебе придётся снова побороться. Но ты не одна, мы тебе поможем. Много против него, не стану скрывать, но попытаться мы должны. Ты должна… должна теперь… ради вашего малыша, — он положил руку ей на живот.

— Что?! — она расширила глаза, смотря то на него, то на меня, то на живот. — Я что… я, я, — её голос задрожал, слёзы сменились на радостный смех, который наполнил палату.

— Да, красавица, — я приобнял её. — Кое-кто скоро станет мамой.

Счастливая женщина, уже не сдерживаясь обняла себя за живот и радостно рассмеялась вперемешку со слезами.

Меня самого переполняла радость, потому что впервые за всё наше время знакомства увидел ее невероятно счастливой. Теперь понимал Каса, за это и правда можно всё отдать, даже самого себя.

ДЖИЛЛ

Взглянула на себя в зеркало. Живот постепенно начинал округляться и я с нетерпением ждала момента, когда малыш начнёт толкаться изнутри. Всё моё счастье зижделось сейчас только на нём и я всеми силами старалась поддерживать и хранить жизнь этого маленького человечка в себе.

Сегодня было первое слушанье по делу Чейза. Я проходила, как главный свидетель, но прокурор ходатайствовал о моём отстранении от дела, так как теперь я считалась заинтересованным лицом. Адвокат же опровергал его аргументы и выдвигал меня в ряды пострадавшей стороны, которая играла немаловажную роль в следствии.

Я невольно заучивала ответы, на возможные вопросы, которые мне зададут в суде, но, единственное, чего мне хотелось это, наконец, увидеть его. За всё это время адвокат не смог добиться для нас свидания, как бы я не умоляла. Я была почти уверена, что этому препятствует именно Марк…

— Он-убийца, Джилл, а ты мягкотелая игрушка в его руках. Ты больна!

Изподлобь взирала на его мечущуюся по кабинету фигуру. Стало неприятно.

— Спасибо, что напомнил, — процедила хмуро.

— Ты любишь его?! Любишь это ничтожество за то, что он насиловал тебя, убивал?! — Уже не отображая, что творит, он толкнул меня к стене, припечатав телом:

— Мне тоже нужно изнасиловать тебя, чтобы ты и меня заметила?!

Виска коснулись его губы. Услышала, как он жадно втянул мой запах. Стало неприятно и мерзко до тошноты. Влепила ему пощёчину, охлаждая его пыл гневным взглядом. Он сердито выдохнул и отошёл, отпуская.

— Теперь заметила, — жестко процедила я тогда и покинула кабинет.

Об этой унизительной сцене ни с кем делиться не стала, но и посещать этого человека без сопровождающего больше не рискнула, как бы он позже не извинялся за свой поступок.

Спускаясь вниз, слышала как Андрес гонялся по дому за визжащей от восторга Мореной. После моей выписки из больницы, он настоял на том, чтобы я поселилась в его доме. Ехать с Кастером в его съёмную квартиру я не могла, так как мне казалось, что, находясь с ним, предаю Чейза. Кас был одним из тех, кто тоже признался однажды мне в любви, и тот чью любовь я приняла, как лекарство от душевных ран, но не ответила взаимностью.

С Андресом же мне было спокойно. Его харизма и вечная суматоха детворы в доме, отвлекали от снедающих мыслей.

— Преступница поймана и будет обезврежена, — басил он, ловя девчушку и подбрасывая кверху.

— Фея-крестная меня спасёт, — хохоча, заверещала Морена, завидев меня.

— Моя принцесса мастак прыгать по сказкам, — пропел он.

— Спасти тебя от злобного великана? — я, смеясь, смотрела на летающую в руках брата малышку.

— Дааа! — заверещала довольная девочка.

Взяла с дивана подушку и запустила ей в голову злобного великана. Андрес игриво начал падать со своей пленницей на пол, изображая сраженного злодея. Довольная малышка выскользнула из его рук и, визжа, побежала прочь в сторону кухни.