Да, малышка поделилась со мной Силой, и та приняла меня, разлилась по венам, переплелась с остатками Тьмы. И, как ни странно, а это сплетение не пугало меня. Скорее, наоборот, подпитывало резервы, и сейчас для регенерации моему организму требовалось гораздо меньше времени, чем раньше.

Еще пару часов назад я едва не умер в Храме, а уже готов сражаться со всем миром.

У входа в зал, где собрались наши с женой родные, нас встретил Эрик. По глазам брата понял, что находится он в странном состоянии. Взъерошенный, растерянный, напряженный.

— Эрик? — опередила меня Снежана.

Брат вскинул плечи, вздохнул.

— Чертовщина какая-то, — пробормотал Эрик. — Когда все закончится, завалюсь в клуб.

Снежана усмехнулась, а я кивнул. Эрик любил человеческий мир. Никогда и ни в чем себе не отказывал, особенно в постельных утехах. На модных тусовках он был частым гостем, а женщины так и липли к нему. Неважно, вампирши, или простые смертные.

— Хотел бы я на это взглянуть! — посмеивался отец, мелькнув за спиной Эрика.

Я удивленно вскинул брови, молча уточняя, в чем же причина веселья отца.

— Он признал в нерожденной малышке Симира свою Невесту, — заговорщическим шепотом поведал нам отец так громко, что Эрик даже если бы и не обладал чутким слухом, а все равно расслышал бы слова отца.

— Это возможно? — уточнила Снежа.

Я снисходительно взглянул на жену. Возможно ли учуять свою нареченную до ее рождения? Запросто! И я тому живое подтверждение.

— А, ну да, — рассмеялась Снежа, вскинула голову, взглянула на меня. — И как же ты справился, бедненький? Так долго ждал, да?

— Ребята, и без вас тошно! — вспыхнул Эрик, но оглянулся.

Сквозь распахнутые двери я видел, куда именно направлен взгляд брата. Мелиана сидела в мягком кресле, подобрав ноги. А рядом застыл Симир, готовый охранять жену от всего мира. Оборотень тоже чуял свое потомство и ни перед чем не остановился бы, чтобы его защитить.

— Сочувствую, брат, — совершенно серьезно проговорил я и крепче прижал Снежану к себе. — Но дальше будет еще хуже.

Эрик сквозь зубы выругался. Он прекрасно помнил, как я рвался к своей Невесте. И только ее юный возраст останавливал меня. А долгие годы без нее превратились в мучения. Зато оно стоило того, чтобы столько ждать.

— Насколько хуже? — допытывалась Снежана.

Я взглянул в льдисто-голубые глаза жены. Сказать ли ей? Ну теперь-то скрывать смысла нет.

— После того, как ты родилась и немного подросла, я решил, что можно взглянуть на тебя вживую, а не на твою фотографию, — выдохнул я, осторожно заправил белоснежную прядку за миленькое ушко и продолжил: — С трудом сдержался. Эрик и парни пару лет держали меня в тюремном подвале, пока мозги не встали на место. А хуже всего, когда ближе подошел, и ты оживила мое сердце.

— Ты два года провел в собственной тюрьме? — удивилась Снежана, увидел в ее взгляде беспокойство за меня.

А я промолчал. Что ей сказать? Что мой рассудок слегка помутился, стоило увидеть улыбку Невесты, но не иметь возможности подойти к ней?

— Зато сейчас ты моя, — усмехнулся я.

Но Снежана не разделила шутку, не улыбнулась. Наоборот, прижалась ко мне, спрятавшись щекой на моей груди.

— Я такой дурой была, бегала от тебя! — разобрал ее тихий голос.

— И хорошо, что бегала, — хохотнул я. — Мой инстинкт охотника тебе за это очень благодарен. Знаешь, за все мое существование я едва не умер со скуки, а здесь, благодаря тебе моя жизнь наполнилась красками.

— Меня сейчас стошнит, — вяло пробормотал Эрик, а Снежана расхохоталась.

— Какой же ты ворчливый, упырь! — пожурила она Эрика, тот лишь скривился.

Кажется, находиться рядом с Мелианой ему было больно физически. И я понимал брата. Однако отпустить пока не мог. Эрик был опытным воином, на брата я мог с легкостью положиться, доверял ему безгранично.

Но была и другая причина, по которой Эрик мог помочь нам при встрече со Старейшинами. Я не озвучивал своих надежд, да и существовал риск, что события повернут совсем в иное русло. Оставалось ждать, когда Совет сам явится в замок.

Я ощутил, как защитный купол дрогнул, но устоял.

Потянул Снежану ближе в зал. Ведьмы, оборотни, вампиры — все были готовы к встрече. В центре комнаты под магической защитой лежал ритуальный кинжал, тот самый, который метнула в меня Эдна и в котором теперь была заперта сама Тьма. Бывшая мачеха лежала здесь же, на каменной плите. Ее тело было подготовлено к сожжению. Но мы ждали, когда Совет одобрит процедуру.

Нервничали все, даже Яромир, который обычно выглядел хмурым и собранным.