Подруга стояла в компании парней со своего факультета и ещё двух девушек — видимо, будущих боевиков с младших курсов. Все они улыбались так снисходительно, будто меня попросили щёлкнуть пальцами. И возможно, для ведентов оно и было так просто, но вот моя эгра упрямо не желает складываться в защитный экран. А то, что выходит, дроу разобьёт одним дыханием. Поэтому я воспротивилась:

— Это нечестно. У Райли тёмная магия королевской крови, и хоть ведент не учится на боевом факультете, его бы приняли с удовольствием. Я же будущий управленец, моя эгра способна выдержать лишь одно нападение… Да и то не очень сильное.

— Ты со всеми учителями споришь или я твой любимчик? — выгнул дроу белую бровь.

Раздались смешки, и громче всех заливалась Аннет. Вот её бы сюда, может, ума прибавится. Сколько можно ревновать того, кто не будет ни со мной, ни с ней? Не думаю, что родители обрадуются подобному будущему дочери. Да и сама девушка не пойдёт на такое унижение. Как бы ни вела себя ведентка под влиянием злости сейчас, она всё же не дура. Я ей сочувствовала и не знала, как намекнуть, что с Райли ей не быть, ведь она всё воспримет предвзято.

— Со всеми спорю, — отрезала я и улыбнулась. — Полемика входит в курс обучения будущих магентов, не знали?

— С удовольствием готов обсудить это с вами, — хмыкнул корэл и подался вперёд, — после уроков.

— Простите, учитель, — едва не рассмеялась я. — Подобное общение вне правил этики. Учитель и ученица не могу встречаться вне учебной программы.

Ха! Судя по озадаченной физиономии, этот раунд за мной. А я, не желая останавливаться на достигнутом успехе, повернулась к Райли.

— Думаю, мы уже выяснили, что экран не моя сильная сторона, поэтому…

— Защищайся, Кэт-рин, — сухо перебил меня дроу.

— Что? — растерялась я.

А белобрысый кивнул Райли, и тот, шепнув «прости», выпустил эгру. Я едва успела выставить призрачный щит, который вот-вот уже готов был лопнуть. Застонала от усиливающейся боли, а дроу громко произнёс:

— Как вы видите, экран ведентки Кэт-рин хлипкий и не выдержит больше десяти вдохов. Этого мало, чтобы магент получил помощь боевика. На поле битвы она умрёт, если…

Он выдержал паузу и обернулся, будоража меня странным взглядом.

— Если? — не выдержала Оливия. — Что, учитель? Как магент может себя защитить?

— Примерно так.

Дроу шагнул ближе и, положив ладони поверх моих, повернул руки под определённым углом. Удивительно, но эгра неожиданно полыхнула, и экран не только стал чётким и плотным, но и отбросил нападение Райли.

Веденты ахнули как один. Райли недовольно нахохлился:

— Нечестно! Вы влили свою эгру.

— Нет, — возразил Далграназ. — Это маленькая хитрость усиления защитного экрана. Я лишь показал Кэт-рин, как это сделать. Хотите знать?

— Да! — наперебой загалдели веденты.

Я же пыталась осознать, что произошло. Внутренне как бы осознала, но до головы ещё не дошло. В растрёпанных чувствах сунула руку в карман и обомлела, ощутив кончиками пальцев трещину на гладкой поверхности скорлупы.

Глава 31

Весь оставшийся урок я стояла за спинами боевиков и, опустив голову, не реагировала ни на замечания Далграназа, ни на его насмешки. К эгре полемику! У меня сердце было не на месте от случившегося. Закрыв глаза, я осторожно ощупывала трещинку и, потихоньку вливая в яйцо силу, молила всех эльфийских богов, чтобы Липучка выжил.

Оливия, построив своих однокурсников стеной, защищала меня, как королеву на поле боя, не давая учителю даже приблизиться, и дроу оставалось лишь пытаться задеть меня словами. Его старания разбивались о скалу моей тревоги, мысленно я уже была в библиотеке, где меня ждал Шандатиль, и показывала ему яйцо.

Вынуть его сейчас, в присутствии Далграназа, я не могла. А вдруг оно повредилось именно потому, что дроу коснулся моей эгры? И что будет, если кэрол увидит Липучку? Узнавать не хотелось, не стоит забывать, что тёмные и светлые — кровные враги, а кажущийся мир шаток даже на земле магентов.

Особенно на земле магентов!

Напряжение нарастало, у меня уже дрожали поджилки, а нервы накалились до предела, когда до меня дотронулась Оливия. Подруга безошибочно ощутила, что со мной происходит, и решительно выступила вперёд.

— Кэрол… э… Дал-гра-наз! — тщательно выговорила она. — Кэтрин нехорошо, она так побледнела. Прошу, отпустите её к целителю. Я провожу.

Боевики расступились, открывая меня взгляду дроу, и тот с интересом всмотрелся в моё лицо. Видимо, выглядела я действительно неважно, потому как Далграназ хищно усмехнулся и без капли сочувствия заявил: