— Скорее всего, умерла, — мягко пояснил ректор и взглянул на меня с долей сочувствия. — Месмериты даже среди светлых большая редкость, неудивительно, что корз захотел Аланаконту в наложницы. Чудо, что ей удалось убежать и столько времени скрываться…

— Погодите, — вздрогнула я и с ужасом посмотрела на молчаливого Шандатиля. — Уберечь от предначертанной судьбы? Неужели Далграназ прав? Неужели корз хочет, чтобы я стала королевой дроу?!

— Корзой, — педантично поправил эльф. — Ты корза по праву рождения, Кэтрин, в тебе течёт магия Зегмадса. Но дар, который передала Аланаконта, скрывает тебя. Даже сейчас, когда тебе исполнилось восемнадцать, она остаётся с тобой.

Я потёрла виски, пытаясь осознать жуткую правду.

— Не понимаю, почему я меняюсь внешне? — Обернулась к ректору. — Ведь раньше я выглядела как нормальный человек. Кожа, волосы… глаза! Но стоило Далграназу коснуться меня вчера на занятии… — Оживилась. — Он как-то воздействовал на тёмную силу? Пробудил её?

— Для этого корэл и пришёл в академию, — сухо кивнул Шандатиль. — Он хочет убедить тебя стать дроу и отправиться с ним.

— Убедить? Помнится, сначала он собирался устроить отбор невест, — нахмурилась я. — Но увидев тебя, передумал. А ты ещё предупредил, что дроу попробует отбить меня… Неужели не знал, что он сын корза и, возможно, мой брат?

— Тебя удивляет то, что Далграназ хотел устроить отбор? — уточнил эльф. — Он искал дочь корза, которая выглядит как человеческая девушка восемнадцати лет. На отборе дроу понял бы, кто из претенденток его сестра, и, получив её в жёны, увёз.

— Но вчера Далграназ сказал, что не настолько порочен, чтобы ухаживать за сестрой, — возразила я.

— Церемония магентов не действительна у дроу, — пожал плечами эльф. — Это был лишь лёгкий способ вернуть тебя. До сих пор дроу не брали в наложницы дочерей магентов, ваш король легко пошёл на эту уступку.

Получается, Шандатилю было известно, как я выгляжу, а Далграназ знал лишь возраст и город. И на приёме у короля, когда эти двое столкнулись, корэл понял, что его опередили. Каким образом он это понял, я могла предположить. Мой парень обладал уникальным даром, и магия мамы не смогла скрыть мою истинную природу от… Как там ректор назвал таких существ? От месмерита!

В голове не укладывалось то, что (возможно) Шандатиль видит меня совершенно иначе, чем я себя в зеркале. Даже думать боюсь, как именно предстаю перед ним. Но если так, то почему эльф целовал меня, ведь он от всей души ненавидит дроу?

И есть за что!

— То есть король согласился отдать одну из девушек даже не в жёны, а в наложницы? — скривилась я и повела плечом. — Это мерзко! А эти дроу… Какая сложная иерархия. Матриархат и власть передаётся по женской линии, но существуют гаремы… Как они умудряются всё совмещать?

— Это болезненная тема для моего народа, — напряжённо отозвался Шандатиль. — Но если тебе интересно, я объясню.

— Не интересно, — решительно отрезала я. — Лучше расскажи, можно ли вновь спрятать тёмную силу и прикрыться маминым даром. Честно говоря, мне нравилось быть человеком…

— Я рад. — На миг лицо эльфа озарила улыбка, от которой быстрее забилось сердце. — Для этого я здесь, Кити. Как увидел тебя в Зеркале судеб, сразу понял, что ты мне подходишь.

— Но почему? — задала я тревожащий меня вопрос. Преодолев смущение от присутствия ректора, всё же шепнула: — То же самое ты говорил о даре Древа жизни. Мол, если из яйца кто-нибудь вылупится, то я тебе подхожу. Что значат эти слова?

Глава 38

— Погодите, — ректор встрепенулся и будто скинул лет двадцать, став похожим на любопытного мальчишку, — из яйца кто-то вылупился? Кто?!

— Я, — проворчал Липучка, и Алмиус подскочил на месте, только сейчас заметив в гнезде из разноцветных шалей такого же радужного дракончика. — Знал бы, что голодом будут морить, и не вылуплялся бы вовсе.

— Словно это от тебя зависело, — хмыкнул Шандатиль. Эльф с тонкой усмешкой на красивых губах понаблюдал, как ректор скачет вокруг стола и охает, а потом поинтересовался: — Как тебе птенец, Алмиус?

— Это невероятно, — прошептал ректор и, протянув руку к дракону, спросил прерывающимся голосом: — Можно потрогать?

— Без эгры не заигрывай, — буркнул Липучка и посмотрел на меня так обиженно, будто я не давала ему силы ещё не так давно.

Ректор выпустил немного магии, от которой дракончик немного засветился и чуточку подобрел, но в размерах, как от моей, не увеличился. Пока с маниакальным бесстрашием боевика Алмиус измерял соотношение крыльев к размеру зубов, я повернулась к эльфу.

— Так вы старые друзья с ректором? Как так получилось? Ему же уже… — Я осеклась, вспомнив о разнице века людей и эльфов, а эти двое покосились на меня со снисходительной иронией. Я упрямо повысила голос: — Как давно вы знакомы и почему вели себя так, будто не знаете друг друга?