Да, хочу.

Такая острая мысль. Почти болезненная. С это чокнутой, непослушной сукой, которая просто выжигает меня своими медовыми глазами. Но она мне нужна.

Она вышла через минут пятнадцать и села в машину, двинувшись в мою сторону. Заметит? Я даже машину поставил почти поперек дороги, пусть все остальные проезжают как хотят.

Остановилась. Значит — заметила. Желание прибить ее пропало. Выглядела Дина не очень, когда вышла из машины. Нет, точно убью.

— Ты какого черта к Алесе поперлась? — спросил, открыв дверь.

Она подошла ближе, посмотрела на меня, а потом обогнула авто и устроилась на пассажирском сидении.

— Я тебе говорила, — после недолгого молчания начала говорить, — что с тобой Алеся не стала бы дел иметь.

— И поэтому ты, не говоря мне, идешь к ней?

— А почему ты так бесишься? — спокойно спросила она, повернувшись ко мне вполоборота. — Или мне надо отчитываться за каждое свое действие?

— Дура! — не выдержал я. — А еще психолог.

Вышел, хлопнув дверь, и закурил. Не понимаю, что с нами не так.

— Ярослав, — я даже не заметил, как она подошла, — то есть ты злишься не потому, что я проигнорировала тебя, а потому, что волнуешься?

— Неужели дошло? — саркастично усмехнулся я, отбросив окурок. — Ты меня бесишь, выводишь из себя, доводишь до ручки и импотенции, но я уже без тебя жизни не представляю.

Как будто легче стало. Может, психология и не такое фуфло? Выговориться иногда надо. И я, черт возьми, это сказал.

И тут она просто обнимает меня, улыбаясь так, как будто выиграла в лотерею.

— Это лучшее, что я когда-то слышала, — сказала мне в шею, а потом переместила руки на плечи и притянула к себе, поцеловав так, что я понял: она чувствует примерно то же.

— Дина, — пришлось ее отодвинуть, — если ты не остановишься…

Она поняла. И почти отскочила. Тот же жест — рука на животе. Только теперь я понимал, что защищает она не себя. Ребенка. Блядь, нашего ребенка! Охренеть! Я даже не спрашивал — знал, что это мой ребенок.

— Ярослав, то, что я написала…

— Об этом мы сейчас и поговорим, — сказал я, но, наверное, довольно жестко, потому что она сделала шаг назад и вызывающе посмотрела на меня.

Как же с ней сложно. Просто укрощение строптивой получается.

Что-то каждый день становится для меня полным неожиданностей, но пока приятных. Я уж подумала после его смс, что мне снова придется пробиваться через оборону из-за одного поступка. Но нет… Он сразу вспылил, что я, в принципе, могла понять, а потом отошел, догадался, где я, приехал, дождался… И кажется, не собирается меня посылать к черту. Удивительно даже.

Казалось, целая жизнь, полная и боли, и переосмыслений, и переломов, прошла с момента нашей первой встречи. Мы растоптали друг друга, разбили привычный мир на сотни острых осколков, а теперь что-то собираем и склеиваем, хотя рушить у нас получалось намного лучше.

— Дина, ты о чем задумалась?

Что-то я так задумалась, что забыла — мы все еще стоим на выезде со двора, заняв машинами почти всю дорогу.

— Да так… — ответила неопределенно и спросила: — Будем тут стоять?

— Поехали домой, — сказал Ярослав так обыденно, как будто у нас давно одна прописка, и открыл дверь машины, но тут же вопросительно посмотрел на меня, заметив, как я замялась.

Главное — не испортить все сейчас.

— Послушай, не могу же постоянно спать в твоем халате и пользоваться твоим гелем для душа, — улыбнулась я.

Ответом мне послужил прищуренный недоверчивый взгляд. И почему-то я подумала, что опять в чем-то виновата.

Но после показавшейся мне вечностью минуты молчания Ярослав пожал плечами и вполне добродушно сказал:

— Значит, поехали за вещами.

— Какими вещами? — не поняла я сразу.

— Твоими.

— Но… — попыталась я остановить его, только Ярослав уже сел в машину.

Сумасшествие какое-то. Он мне, что ли, предлагает переехать к нему? Ладно, посреди улицы мы точно каши сварим.

Я поехала в сторону дома, надеясь, что Вадим уже забрал свои вещи. Усложнять ситуацию не хотелось. Тут бы по очереди со всем разобраться. Остановившись напротив подъезда, вышла на улицу и подошла к машине Ярослава, из которой он так и не вышел. Я постучала в стекло и, когда оно опустилось, сказала:

— Я возьму вещей на один день.

— Думаешь, больше мы не выдержим в одном помещении? — усмехнулся он в ответ.