Если честно, это его откровение умилило меня до глубины души. Неужели где-то существуют адекватные родители, которые не зациклены на людском мнении и стереотипах о замужестве?

В общем, сложную мать Ильи компенсировал его великолепный отец. Уже укладываясь в постель — нам постелили в спальне Ларионова-младшего, — я задумалась, что их отношения кое-кого мне напоминают. Женщина с вредным характером — это я; приветливый мужчина, готовый мириться с заскоками жены — Илья.

Они же как-то прожили вместе всю жизнь, сглаживая друг друга. Неужели мы не сможем?..

Так поразительно. Я всерьез рассматривала Илью в качестве того человека, с кем готова встретить старость.

Ларионов аккуратно прокрался в спальню, чтобы не потревожить меня. Лег рядышком, привычно обхватил меня за талию, накрыв ладонями живот. Я прижалась к нему плотнее, вдохнула невероятный аромат его тела.

— Ты злишься на мою маму? — горячий шепот коснулся уха.

— Ляля, остынь. Ты всерьез надеялся, что хоть какая-то адекватная мать возрадуется пузатой лимитчице за тридцать? Да в её глазах я самое настоящее зло. Ну и что с того? — Мой голос понизился, потому что следующие слова оказалось слишком тяжело произнести. — Я приехала ради тебя в другую страну. Мне нужен ты.

— Нужен… — эхом откликнулся Ларионов. — Так непривычно слышать от тебя нечто подобное. Ну-ка, повтори.

— Не дождешься!

Теплые губы тронули чувствительную кожу шеи, дыхание щекотало затылок. Я возмущенно пискнула, а Илья чуть прикусил мочку уха.

— Нужен, — сдалась я, отпихиваясь руками и ногами. — Нужен. Нужен. Нужен!

В чем кроется настоящее счастье?

В мгновениях, когда ты беззащитен, но не боишься своей слабости. Потому что рядом есть человек, готовый стать твоей броней.

Несколько недель мы прожили в доме семейства Ларионовых, там же отпраздновали Новый год. В рождественские праздники вдоволь набродились по старинным улочкам. Походили по площади, в каждом закутке которой поселился запах ванили и корицы. Старый город сиял. Играли уличные музыканты, и жизнь казалась безмятежной.

Ну а когда праздники иссякли, Илья погрузился в работу. Оказалось, что в поездке к родителям был тайный умысел: Ларионов решил податься в бизнес. Целыми днями он пропадал по делам. Пытался наладить контакты с какой-то чешской фирмой по производству программного обеспечения, чтобы организовать их филиал в России. Илья не грузил меня своими заморочками, рассказывал немногое, но я видела, каким жаром горят его глаза.

Я много гуляла в одиночестве, совершала набеги на магазины и притаскивала обратно кучу пакетов. Наедине с Анной Львовной старалась не оставаться, да она и сама не жаждала провести время вместе. Казалось, мы нашли общий язык.

Но всякой сказке свойственно кончаться.

В тот день я проснулась с первыми лучами солнца. Малявка радостно пинала меня в бок, и я пошла отсиживаться на балконе, который примыкал к кухне, с чашкой зеленого чая. Небо алело, заливаясь утренним багрянцем. Тишина была такой плотной, словно мир закрыли за звукопоглощающим стеклом.

— Не помешаю? — раздался учтивый голос Анны Львовны.

Я помотала головой. Женщина поплотнее запахнула шелковый халат и села на соседний стул, положила на плетеный стол пачку сигарет. Не закурила, и на том спасибо. Я погладила живот, и Анна Львовна спросила безо всякого энтузиазма:

— Пинается?

— Да.

— Ясно… Ребенок вообще от Ильи?

Этот вопрос меня одновременно огорошил и рассмешил. Разумеется, подноготную наших отношений мать Ларионова не знала, а потому для неё было вполне логично, что некая хищница от кого-то залетела, а виноватым выставила Илюшу. Показать ей, что ли, контракт?

Кстати, деньги Илья мне вернул давным-давно. Но об этом можно не распространяться.

— Можем сделать тест ДНК, — я миролюбиво улыбнулась.

Анна Львовна поджала губы.

— Илона, я не буду юлить. Вы — плохая партия для моего сына. — Она выставила вперед ладонь, мешая мне поспорить. — Вы ворвались в нашу жизнь, переменили Илью. С вами он… другой.

— Какой же?

— Настороженный, закрытый. Он так осунулся. Вы его травите своим присутствием, клянусь. Что же у вас за отношения, в которых мой сын всегда вынужден замыкаться? Вы подмяли его под себя.

Бред. Илья никогда не казался побитым псом на привязи у злой хозяйки. Он первым язвил и колол меня репликами, запросто вступал в перепалку, смеялся во весь голос. Про секс я вообще молчу — в интимных отношениях именно Ларионов занимал доминирующую роль.

Я скептически изогнула бровь, но Анна Львовна даже не заметила этого.

— В прошлый свой визит к нам он познакомился с девочкой. Мария. Машенька. Светлый человечек. Она делала его счастливым. Как я жалею, что у них ничего не получилось, ведь позвонили вы, и он ринулся обратно в Россию.