— Хорошо.

Он открыл рот и громко вздохнул.

— Ты серьезно? — спросил он с надеждой в голосе. — Ты останешься со мной?

— Да. Пока мой проект не будет завершен, — подтвердила я.

— И ты… — кадык на его горле дернулся. — Теперь ты займешься со мной сексом?

Я снова кивнула, и у меня бабочки запорхали в животе.

На его лице промелькнула улыбка, после чего он притянул меня к себе, жадно впившись в мои губы.

Мое тело гудело от возбуждения и нервозности.

— Обещай, что будешь нежным. Я все еще не уверена, что ты сможешь поместиться во мне, — предупредила я его.

Боулдер тяжело дышал и нетерпеливо раздевал меня.

— Я скучал по тебе, — пробормотал он, прижавшись губами к моей ключице.

Я тоже скучала по нему, но не сказала ему об этом. Я позволила ему сначала раздеть меня, а потом он разделся сам. Я нервничала, когда он уложил меня на спину и раздвинул ноги. Боулдер сидел на корточках между моих ног и смотрел на мое обнаженное тело, как всегда убедившись, что оно накрыто покрывалом. Все в нем было олицетворением мужественности: мускулистая грудь, плечи, борода, взъерошенные волосы, горящие глаза и, конечно же, его массивный фаллос, направленный прямо на меня, словно целившийся в свою добычу.

Это будет мой первый секс с мужчиной из плоти и крови, и первый раз Боулдера с настоящей женщиной. Интересно, он так же нервничает, как и я?

Положив свою огромную ладонь на мое бедро, он встретился со мной взглядом.

— Ты так необычайно красива, Кристина, для меня большая честь, что ты позволила мне войти в тебя.

Я не знала, смущаться мне или радоваться этому заявлению, поэтому промолчала.

Боулдер наклонился вперед, прижавшись своим обнаженным телом к моему, и его эрекция проникла прямо в мое естество.

Боулдер

Мое тело было возбуждено и готово испытать то, что мне описывали как рай. Я толкнулся в ее дырочку, которую Кристина так тщательно охраняла с тех пор, как мы познакомились. Я был первым мужчиной, который вошел в ее святая святых.

Она нервничала и была напряжена, ее киска была сухой и неприветливой. Я нетерпеливо толкнулся в нее чуть сильнее и по звуку, который она издала, понял, что ей некомфортно.

Я знал, что должен был сделать, но хотел пропустить эту часть и сразу перейти к сексу. В основном из-за страха, что она передумает и откажется от своего предложения.

«Будь умнее. Убедись, что ей понравится, и она захочет это повторить».

Быстро приняв решение, я отстранился и раздвинул ее ноги шире, положив руки на внутреннюю сторону ее коленей, одновременно опустив голову, чтобы лизнуть ее.

Кристина ахнула, когда мой язык прошелся по ее клитору, но я уже в четвертый раз проделывал это с ней, так что стал довольно умелым.

— Ох, — простонала она и запустила пальцы в мои волосы.

Она была сладкой и восхитительной на вкус, прошло всего несколько минут, прежде чем я счел ее готовой к проникновению.

«Пора предъявить права на свою жену!»

От этой мысли мне захотелось ударить себя в грудь и взреветь. Я сражался за нее, и она стала моим призом. Это была моя награда — погрузиться по самые яйца в самое мягкое место в мире.

«Пора наполнить ее своей спермой!»

Я мечтал об этом моменте с той самой первой ночи, когда заснул с ней в одной комнате. Мечтал о том, каково будет посеять свое семя в женщину и зачать с ней ребенка. Нет сокровища ценнее, чем произвести на свет ребенка, особенно если это будет девочка. Естественно, я не был дураком и не стал делиться своей фантазией о зачатии с Кристиной, но все же мне было интересно, почему она пошла на такой риск. Хан ни за что не отпустит ее, если она забеременеет. Черт, да что там Хан, я сам ни за что не позволю ей уйти!

Прежде чем она успела передумать, я накрыл ее своим телом и, как ракета, наведенная на цель, мой член быстро нашел ее мягкие складочки. Я тяжело задышал ей в ухо, закрыв глаза и позволив кончику своего члена прижаться к ней. Она немного напряглась и застонала от давления, но я толкнулся в нее, задержав дыхание и наслаждаясь чудесным ощущением ее уютной киски.

Ее дыхание было поверхностным, и я на секунду замер, но не в силах больше сдерживаться, протолкнулся внутрь.

— Черт! — простонал я. Мой позвоночник горел огнем. Я отыскал ее руки и переплел наши пальцы.