— Стало быть, ты, наконец, как муж, заявил о своих правах.

Я напрягся.

— О чем ты?

— Ты ее трахнул, — выдал Хан без тени стыда. — Жаль, что ты не сделал это при дневном свете, чтобы я мог увидеть все в деталях.

— Ты не имеешь права шпионить за нами, — проскрежетал я.

Он лишь пожал плечами.

— Ты ей что-то побещал, что именно?

Мое сердце забилось быстрее.

— Чего?

— Ты шептал, чтобы я не услышал, но мне показалось, что она чего-то от тебя хочет, и ты согласился, если она займется с тобой сексом.

— А, понятно. — Мой мозг лихорадочно соображал. Я был уверен, что мы шептались так тихо, что он не мог нас услышать, но похоже существовало два варианта. Либо он знал, о чем мы говорили, и ждал, когда я признаюсь в этом открыто, либо он не знал подробностей.

Если он поймет, что я ему лгу, у меня будут большие неприятности.

— Кристина хотела научиться летать на моем гибриде, — сказал я, что в некотором смысле было правдой.

— Неужели?

— Да, у них на Родине только автоматические дроны, поэтому она была очарована тем, что я управляю своим вручную.

Он поморщился и посмотрел в сторону Кристины.

— И она согласилась переспать с тобой только за то, чтобы научиться управлять твоей машиной?

— Думаю, это был всего лишь предлог. Она уже давно созрела.

— Ха, — он улыбнулся мне. — Ну и как все прошло?

Я тоже расплылся в улыбке.

— Это ни с чем несравнимо.

— Хм… ты, кажется, втюрился в нее. — Он оглядел меня с ног до головы. — Не дай ей запудрить тебе мозги.

— Не дам.

— Хорошо. Мне нужно, чтобы ты оставался в здравом уме. У нас много работы.

— Какой работы?

Загадочно улыбнувшись, он незаметно кивнул в сторону женщин.

— Как думаешь, почему я сам вызвался защищать советницу?

— Понятия не имею.

— Потому что это отличная возможность. — Его глаза загорелись, и он понизил голос до заговорщицкого бормотания. — Не пора ли мужикам снова обрести власть и править этим миром?

— Определенно.

— Эта женщина… — он снова едва заметно кивнул в сторону Перл, — …имеет влияние в Совете. Я вытяну из нее как можно больше информации, и не успеет она опомниться, как будет плясать под мою дудку.

— Каким образом?

Он тихо рассмеялся, хитро ухмыльнувшись.

— Предоставь это мне, мой друг. У этой бедняжки нет ни единого шанса против моего непревзойденного интеллекта. Когда она вернется на Родину, чтобы внести изменения, то будет считать это своей идеей.

— Значит, ты собираешься промыть ей мозги, — уточнил я.

— Что-то вроде того. — Хан бросил еще один долгий взгляд в сторону Перл, после чего оставил меня, приказав напоследок. — Отведи Перл в мою спальню и скажи ей, что я буду рад этим вечером разделить с ней свою постель.

Заметив мое колебание, он выгнул бровь.

— Что?

— Ты ведь не собираешься взять ее силой, да?

Хан посмотрел в сторону Перл.

— В этом нет необходимости. Мой язык — мое самое мощное оружие, я найду ее слабое место. Как знать, может она тоже захочет научиться летать на гибриде.

Переступив с ноги на ногу, я нахмурился.

— О, Бога ради, просто делай, что я тебе говорю, — приказал он чуть раздраженно.

Я молча кивнул.

— Понятно.

Уходя, Хан махнул рукой через плечо.

— Увидимся за ужином через час.

Кристина

Боулдер приблизился к нашему уютному уголку в парке, и мы с Перл сразу же замолчали при виде большого, устрашающего и задумчивого мужчины.

— Хан попросил меня отвести тебя в комнату. Ужин будет меньше чем через час, он подумал, что ты захочешь освежиться, — сказал он немного натянуто.

Перл грациозно поднялась.

— Спасибо. Кажется, мы с тобой не обменялись подобающим приветствием, — улыбнулась она. — Прости меня, мои манеры, видимо, страдают, когда я выхожу из своей зоны комфорта. — В несколько решительных шагов, Перл подошла к Боулдеру и протянула ему обе руки. Его взгляд метнулся ко мне, и я подала ему знак взять ее за руки.

Странно было видеть, как Боулдер хмуро глядит на Перл, которая задрала голову вверх и улыбнулась ему.

— Да пребудет с тобой мир, — тихо сказала Перл.

Выражение его лица тоже смягчилось, и он пробормотал:

— Ага, и тебе того же.

Когда десять секунд истекли, Боулдер отпустил ее руки и отстранился. Мне пришлось подавить смех, когда он бросил на меня беглый взгляд, словно хотел убедиться, что я действительно не против того, чтобы он прикасался к другой женщине.

— У него добрые глаза, — прошептала мне Перл, когда мы вошли вслед за ним в дом.