Боулдер ударил меня, а теперь кусал за мочку уха, сдавливая мою грудь. Это можно было классифицировать как сексуальное насилие, не так ли? Так почему же мое тело не реагировало на это с отвращением? Я должна была испытывать неприязнь, но вместо этого мое тело пылало.

«Я больна!» Закрыв глаза, я позволила чувству стыда накрыть меня с головой, а затем сделала кое-что отчаянное, чтобы спасти свою гордость и восстановить между нами равновесие. Я укусила его в ответ. «Похоже, эволюция обошла меня стороной, но, по крайней мере, я тоже смогу доминировать над ним».

Боулдер отреагировал совсем не так, как я ожидала. Он издал низкий утробный звук и запустил руки в мои волосы, откинув мою голову назад и заглянув мне в глаза.

— Хочешь играть грубо? — взволнованно спросил он.

— Нет, я… — моргнув несколько раз, я не успела опомниться, как он поднял меня и с ухмылкой отнес на кровать.

— Укуси меня еще раз, — подбодрил он меня и следом за мной опустился на кровать, чтобы поцеловать, посасывая мою нижнюю губу.

— Я не склонна к насилию, — заявила я, обеспокоенная его предложением.

С озорством, которое из него так и сочилось, он начал щекотать меня, пока я не рассмеялась.

— Давай, красавица, поборись со мной.

— Я не собираюсь с тобой бороться, — вырвалось у меня в промежутке между его щекочущими атаками.

— Если ты сможешь оседлать меня, я сбрею бороду, — начал искушать он, и я тут же уставилась на него во все глаза.

— Правда?

— Угу, — усмехнулся он. — Но ты должна побороться за это.

В моем теле взбурлил адреналин, и с пьянящим чувством азарта я выпустила на волю ту часть себя, которая мне была неведома. Я решительно столкнула его с себя. Он встал на колени и, подняв руки, схватил меня за плечи. В его глазах вспыхнуло веселье, когда я грубо толкнула его, чтобы уложить на спину. Он был слишком большим и сильным для этого, поэтому не сдвинулся с места.

— Ты должна использовать не только свои руки, — бросил он вызов он. — Задействуй все свое тело, если хочешь добиться успеха.

Прищурившись, я поднялась, уперев руки в бока и глянув на него сверху вниз. Даже стоя на коленях, он доставал мне до подбородка.

— И что ты собираешься делать? — спросил он.

У меня не было плана, я действовала инстинктивно, когда прыгнула на него и толкнула, уперевшись руками ему в плечи и используя вес всего своего тела, чтобы опрокинуть его на спину. Он рассмеялся и, как только мы упали на кровать, перекатил нас, подмяв под себя.

— Близко, — он лыбился от уха до уха. — И что теперь ты будешь делать?

Издав короткий боевой клич, я укусила его за мочку уха. Сильно, но не до крови.

Он ответил тем, что до боли сжал мой сосок, я закричала и выпустила изо рта мочку его уха.

— Давай, тигрица, борись со мной, — подбадривал он и прижался ко мне, дав почувствовать, насколько он возбужден. Мое сердце колотилось, а кровь кипела, я прикусила губу, не зная, как справиться с этими сюрреалистичными эмоциями необузданного желания, которые вызвала во мне наша борьба.

— Ты можешь лучше, — подбодрил он меня, и, издав очередной крик, я неистово оттолкнула его от себя.

Боулдер продолжал лежать на мне, тяжело дыша и наклонив голову, чтобы поцеловать в ключицу. Его рука все еще была под моей рубашкой и сжимала мою грудь. Я применила самый грязный трюк, который только могла придумать, и дернула его за волосы.

Он не закричал от боли, но тихо рыкнул, когда я одновременно дернула его за волосы и оттолкнула.

И это сработало. С победным криком я вскарабкалась на него и оседлала, прижав к кровати.

Мы смотрели друг другу в глаза, запыхавшись и открыв рты.

— Ты сбреешь эту бороду! — торжествующе объявила я.

— Сбрею, — улыбка Боулдера была самоуверенной и удовлетворенной — словно победил он, а не я.

— И ты снимешь эту рубашку, — сказала я и убрала руки с мягкой кожаной ткани.

Его руки опустились на мои бедра, и он прижался ко мне своим пахом, тихо постанывая. Я не отодвинулась, но на секунду закрыла глаза, ошеломленная трепетом, словно бабочки запорхавшим между моими ребрами.

— Не хочу идти на ужин, — прошептал он. — Я бы предпочел остаться здесь, с тобой.

Часть меня тоже этого хотела. Если точнее: мое тело этого хотело. Я открыла глаза и посмотрела на него.

Серые глаза Боулдера были прикованы к моим набухшим соскам, проступившим под рубашкой. Моя кожа горела огнем, когда его правая рука скользнула под мою рубашку и обхватила мою грудь.

Прикрыв глаза и учащенно задышав, я стала медленно вращать бедрами, прижимаясь к его большой эрекции и подстраиваясь под его ритмичные удары и движения.